– Святые угодники, неужто барышня Шацкая сказителя отравила?!
Федор покачал головой:
– Скорее всего, нет, но в любом случае я это проверю, а сейчас нам надо с тобой отправиться в Олешинскую слободу.
– А это еще зачем? – удивился Василий. – В такую-то грязь.
– Если в Москве грязи бояться, то по шесть месяцев в году дома сидеть надо, – справедливо возразил Федор, – а в слободе нам нужно отыскать корчму Данилы Торопчи и поговорить с хозяином.
– И ничего искать не надобно, знаю я Данилу, давным-давно знаю, еще когда ярыжкой по Москве бегал, завсегда к Даниле забегал. А дело у тебя какое к нему?
– Скоро узнаешь, – пообещал Федор, – после праздничной обедни сразу и отправимся.
Василий огорченно шмыгнул носом, но противоречить племяннику не стал. Сегодня было 1 сентября, Семен-день, который после Рождества и Пасхи был самым любимым Васильевым праздником. В день Симеона Летопроводца церковь и мир вместе праздновали Новый год. Народ толпился в Кремле с самого раннего утречка. Там, на открытом месте между Успенским и Благовещенским соборами, в присутствии царя, царицы, самых родовитых князей, бояр и думных подьячих служили молебен. После молебна архиереи, бояре, приказные люди и гости поздравляли князя и друг друга, говорили речи. А после обедни во дворце давали пир для знати и приказных людей, и по всей Москве шла потеха. И в такой день таскаться в Олешинскую слободу?!
Но визит к Даниле Федора не разочаровал. Корчмарь оказался словоохотливым малым и сразу завалил Федора нужными сведениями:
– Фрол домишко один приглядел, это правда. Дом Авдотьи Баскаковой, вдовы Никифора Баскакова. Ты-то небось, Василий, о нем слыхал. Был он на всю Москву лучшим тележником, даже князья его тележками не брезговали. Из самого дворца заказы получал. Да только по весне унесло его горячкой. А Авдотье одной со всем не справиться, вот и надумала к дочке в Урочицкую слободу перебираться. Дочка у нее за калашником Федоровым замужем, своим домом живет. Фрол ведь и задаток успел дать. Авдотья как о смерти Фрола узнала, заглядывала, совета спрашивала, что с задатком делать. Она – баба честная, сроду чужого не брала. А я и сам не знаю. Были ли у Фрола близкие или нет?
– Я найду наследника, – сам не зная почему, пообещал Федор.
– Тогда я Авдотье скажу, – несколько разочарованно кивнул корчмарь. По всей видимости, у него уже созрел план, кого представить за Фролова родственника, а тут подьячему лишнего наговорил.
