«Буду чертить стрелочки и отмечать всех крестиками, пока наконец в мою умную голову не придет хоть что-то, отдаленно напоминающее идею!» – сказала она сама себе. Потому что идей как раз в голове мадемуазель Кузнецовой не наблюдалось. Они совсем испарились куда-то, эти идеи, даже следа, пусть самого легкого, даже запаха, самого ненавязчивого, не оставили. И вот теперь она сидела с видом козы, пялящейся на афишу и судорожно соображающей, сейчас начать ее жевать или погодить. Самое противное, что козье состояние продолжалось уже больше двух часов. И вчерашний вечер тоже не подсобил, ночь совета не принесла, а утро оказалось нисколько не мудрее вечера. Единственная мудрая мысль, посетившая Касину голову, была следующей: «Какого черта я ввязалась в эту историю!» Но, к сожалению, никакой дополнительный свет на произошедшую у Сессилии кражу она не проливала.
Девушка оторвалась от блокнота и вернулась к компьютерному экрану. Он действовал на нее не столь удручающе, как чистый белый лист в сиреневую клеточку.
Ситуация была не из легких. Сначала идея отследить, кто из сотрудников Сессилии имеет какое-то отношение к России, показалась ей многообещающей. Проблема была лишь в том, что у мадам Гласс наблюдалась явная склонность принимать на работу людей, так или иначе связанных с Россией. Грегори Лашелье явно знал русский язык и даже писал на нем комментарии в «Фейсбуке», активно лайкая страницы российских новостей и интересных происшествий. Лена Гаврилова была самой что ни на есть аутентичной российской гражданкой. Что касается Шанталь, о России она явно знала больше, чем показывала. Просто хотя бы потому, что, кроме всего прочего, хорошо разбиралась в русском декоративно-прикладном искусстве. Все сотрудники работали уже не первый год, и так как Сессилия не могла с точностью определить дату пропажи документов, то исключить или включить кого-либо из списка или в список подозреваемых не получалось. По словам мадам Гласс, к ее архивам имели допуск все.
Вначале у Каси возникло впечатление, что сотрудникам Сессилия доверяла и ничего особенного, на ее взгляд, в архивах не хранила. Но после разговора с Мари мнение Кася изменила, а первое впечатление, как ему и полагается, оказалось ошибочным. В какие игры играла Сессилия? Мари так и не ответила на все вопросы. Сотрудница была опытной и осторожной, ее уполномочили раскрыть часть информации, она ее и раскрыла, ни больше ни меньше. Все в интересах дела.
Теперь Кася понимала раздражение остальных сотрудников. Все они были пешками в очередной партии шахмат, которую разыгрывала их хозяйка. Девушка вспомнила самодовольную физиономию Грегори и усмехнулась. Похоже, он слишком поторопился сдать свою хозяйку в архив. Мадам Гласс могла дать фору всем своим молодым и амбициозным сотрудникам.
Пожилая дама явно что-то недоговаривала. Конечно, ее встревожила явно не просто пропажа документов, если они пропали на самом деле. На данный момент Кася стала сомневаться во всем. Скорее всего, Сессилия Гласс вступила в большую игру. На чьей стороне? Почему? Но Кася над этим задумываться не стала. По опыту знала, что слишком большое количество поставленных проблем ни к чему хорошему не приведет, а только все запутает. Поэтому побудительные причины, заставившие Сессилию вступить в охоту за сокровищем, она решила оставить на потом.
Спина от долгого сидения перед компьютером онемела. Надо было сменить обстановку и поразмышлять. Девушка решила прогуляться, потом вспомнила утреннее водружение собственного тела на весы и обнаружившиеся весьма некстати два лишних килограмма и подумала, что надо заменить прогулку на пробежку.
Сентябрьское солнце светило ненавязчиво и приятно обогревало спину. Пять километров она пробежала легко, на шестом и седьмом стала явно уставать. Сердце колотилось, воздуха не хватало. В этот момент Кася услышала шум мотора и посторонилась, давая возможность мотоциклу ее легко обогнать. То, что произошло дальше, позже объяснить она не могла, возможно, ее насторожил шелест шин по щебенке, но все произошло так быстро, что не разумом, а спинным мозгом она почувствовала неладное.
Девушка прыгнула в сторону и скатилась в канаву, следом раздался собачий лай и рычание. Как в тумане, Кася увидела Жулика, вцепившегося в одного из мотоциклистов, и Эндрю, приготовившегося к прыжку.
