Часто бывая в доме своей сестры Милицы и ее мужа Петра Николаевича, Анастасия знакомится там с великим князем Николаем Николаевичем, родным братом Петра Николаевича. Брак Анастасии и Георгия к тому времени существовал лишь формально, так что герцогиня наслаждалась обществом сестры, ее мужа Петра и его брата Николая.
Уже в 1903 г. великий князь Николай Николаевич и герцогиня Анастасия Николаевна начали близко общаться, они часто виделись то у Милицы с Петром, то у императора с императрицей. В дневнике императора можно часто встретить записи, подобные следующей, от 25 января 1903 г.: «Обедали: Николаша и Стана; долго сидели с ними»189. 27 января появляется запись: «После обеда к нам приехали Николаша и Стана»190, 30-го: «Николаша и Стана провели у нас вечер»191, 1 февраля: «Вечером приехали Стана, Николаша и Петюша»192, 3 февраля: «Николаша, Петюша и Стана провели у Алике вечер»193.
Анастасия Николаевна сильно переживала сложившееся положение в ее семье. По всей видимости, герцогиня рассказывала не самые лестные истории про своего мужа, чем вызывала жалость у царской четы и, в первую очередь, у Александры Федоровны. Возможно, Стана разыгрывала роль мученицы, поскольку, как пишет российский историк А. Боханов, «исчезновение герцога с петербургского небосклона» очень ее устраивало194.
«Несчастная Стана» в доме своей сестры Милицы встретила человека, который «готов был бросить к ее ногам жизнь». Им оказался старший брат Петра Николаевича великий князь Николай Николаевич (1856–1929) – самый высокий (в буквальном смысле) великий князь: под два метра ростом… История их «незаконных отношений» тянулась долго. Николаша был без ума от своего «ангела». Стана окружила «великоростного обожателя» вниманием и заботой, подарила ему «тепло своего сердца». «Она читала ему Флобера, пела французские романсы, играла по вечерам на гитаре. Великий князь всегда и всему восторгался и умилялся, порой до слез…»195. Более того, великий князь даже порвал многолетнюю связь с актрисой Александрийского театра Марией Потоцкой196.
Итак, Анастасия Николаевна решила во что бы то ни стало добиться развода. Брак с герцогом спасти было невозможно, мужа она не интересовала, а терпеть такое положение вещей ей, видимо, мешали ее характер и гордость. Это является отличительной чертой черногорок: они не терпят, когда их унижают, ущемляют, когда им кажется, что их права не соблюдаются в полной мере197. Ведь пример женского терпения был буквально у Станы перед глазами: мать великих князей Петра и Николая Николаевичей, великая княгиня Александра Петровна, стойко переносила измены своего мужа. Великий князь Николай Николаевич старший, как пишет Витте, жил с танцовщицей Числовой и даже «от нее прижил дочь, которой была дана фамилия Николаевой»198. К сожалению, этот случай был не единичным в ту эпоху. О причинах неудачного брака Александры Петровны и Николая Николаевича старшего Витте писал следующее: «Вина была с обеих сторон»: «с одной стороны, великий князь Николай Николаевич любил несколько жуировать и веселиться, а с другой стороны, великая княгиня Александра Петровна была в некоторой степени анормальной199, хотя она была человеком прекрасной души, очень почтенная и неглупа» 200. Как бы там ни было, Александра Петровна не помышляла о разводе, она смирилась, уехала в Киев и стала искать утешения в религии, посвятив себя служению Богу. Стана же боролась до последнего, обращалась к доктору Филиппу за помощью. Однако нормальные отношения в семье уже нельзя было восстановить, поэтому она начала добиваться развода, что само по себе было невероятным.
Однако Георгий Максимилианович был не глуп, понимая, к чему все клонится, поэтому он написал Николаю II письмо 30 октября 1906 г., в котором пытался «обелить» себя, уверить государя, что он хороший отец и любящий муж, а вину за неудавшийся брак свалить на жену. Герцог пишет: «Ваше императорское величество! Ее высочество просит меня дать ей согласие на развод, для того, чтобы по признании нашего брака законно расторгнутым вступить в новый брак с е[го] и[мператорским] в[ысочеством] в[еликим] к[нязем] Николаем Николаевичем. Дело о разводе было возбуждено ея и. в.(герцогиней Анастасией Николаевной – Я. С], а я со своей стороны, сохраняя полное к ней расположение и любовь и полагая сделать ее счастье, соглашаюсь на развод, подавляя в себе все чувства, присущие человеку, мужу и отцу. Соглашаясь на развод, я считаю необходимым оставить за собою по отношению детей от нашего брака все права отца. <…> Я оставляю сына и дочь на попечении их матери, но, в свою очередь, я вправе желать, чтобы дети сохранили бы расположение ко мне. <…> Мое благословение всегда будет над ними, вместе с горячими молитвами о счастии их матери и их самих. Позвольте надеяться, что Ваше величество не откажете мне в моей тяжелой просьбе»201.
