68 В Ахтырском гусарском полку – волонтер Стефан Полович, майор Георгий Подгоричани, капитан Николай Петрович, капитан Петр Вукотич, поручики Иван Шутович, Георгий Богданов, Иван Вукотич, Фишту Петрович, вахмистр Георгий Копытович; в Сербском гусарском полку – поручик Георгий Кусовац, адъютант Марко Баниович, прапорщик Мовак Вулекович, вахмистры Иван Вуичич, Миколаи Копытович, Иван Банкович, капралы Михайло Пеович, Декан Площа и Демян Чифрик; в Навагинском пехотном полку – поручик Марко Богданович; в Алексеевском пехотном полку – поручик Степан Барямов, капитаны Симоюл Вукотич, Иван Бошняк, поручик Таврило Радулович, прапорщик Таврило Богданович, капралы Раич Вукотич, Кристо Вучурович, Михайло Богданович, Таврило Вучичевич, Баня Миушкович, поручик Таврило Раданович, прапорщики Петр Радонич, Иван Петрович, Воин Петрович, Радион Степчевич, Лука Мартинович, Сава Барятович, Георгий Вулекович, Николай Черногорец // РГАДА. Ф. 15. On. 1. Д. 179.1769 г. Л. 5-10 об.
69
70
71 Там же. С. 133; РГАДА. Ф. 15 (Дипломатический отдел). On. 1. 1770 г. Д. 181. Л. 2–2 об. Прокламация сената Венеции. 15 августа 1770 г.
72 Материалы для истории русского флота. В 17 тт. СПб., 1886. Ч. XI. С. 653. 683; Ч. XII. 1888. С. 24–28, 56, 31–32, 226.
72 Там же. 4. XI. С. 669; Ч. XII. С. 125, 238, 228, 240, 416, 552, 632.
74 Там же. С. 227, 125, 238, 240, 552, 632.
75 Адмирал Ушаков. Т. I. СПб., 1951. С. 43, 70, 761,110, 294.
76 Там же. С. 302, 457, 625, 708.
77 АВПРИ. Ф. Сношения России с Черногорией. 1796–1800 гг. Д. 29. Л. 5, 20. М. К. Ивелич – Л. А. Безбородко. 27 февраля, 5 июня 1788 г.; Политические и культурные отношения России с югославянскими землями в XVIII в. С. 355–361 и др.
78
79 Политические и культурные отношения России с югославянскими землями в XVIII в. С. 361.
И. И. Лещиловская
В середине XVIII в. прокатилась волна эмиграции черногорцев в Россию. Она была вызвана тяжелыми условиями жизни в Черногории, нескончаемыми вооруженными столкновениями черногорцев с турецкими войсками, которые преследовали цель покорить Черногорию. Российское правительство в свою очередь было заинтересовано в мигрантах – черногорцах, чтобы пополнить армию боеспособными людьми и оживить безлюдные степные просторы европейской части страны. Переселенцам предоставлялись в пользование земля и большие льготы на благоустройство.
Именно в это время, в 1759 г., в Россию переехал Иван Михайлович Подгоричани (Подгорица, Подгоричанин) с семьей. Он был родом из Подгорицы и находился на военной службе в Австрийской монархии в Славонском гусарском полку. Черногорский владыка Василие Петрович обратился к российскому Сенату с просьбой о разрешении Подгоричани переехать в Россию. Но для этого требовалось согласие и австрийской стороны. Русский посол в Вене граф Г. К. Кейзерлинг употребил все свое влияние, чтобы положительно решить этот вопрос. Подгоричани в чине премьер-майора приехал из армии в Вену, где получил разрешение на выезд в Россию, паспорт и рекомендательное письмо Кейзерлинга канцлеру графу М. И. Воронцову1.
По приезде в Петербург Подгоричани, после аудиенции у императрицы Елизаветы Петровны, получил чин полковника и был определен на службу в гусарский полк, находившийся в Пруссии. Он и его семья поступили в «вечное подданство» России. Семье Подгоричани было отведено на проживание «пространное место» в Киеве. Полковнику были выданы 500 червонцев на покрытие связанных с переездом издержек2.
Другой мигрант из Австрийской монархии офицер С. Пишчевич, хорошо знавший Подгоричани, оставил в своих мемуарах его словесный портрет. «Между тем ничего особенного в нем не было, – писал Пишчевич. – Единственно – это его огромная фигура бросалась в глаза. Впрочем, был он настоящий крестьянин и едва грамотный. Но, при всем том, в России его нашло счастье. Все ему шло на руку, и он из всего извлекал выгоду, и так до конца службы, до глубокой старости. Он достиг почестей и богатства. Служил хорошо, но и пальцем бы не повел без какой-либо корысти. Умел зарабатывать, но, должен сказать, все же не был скупым, жил красиво. Он имел и хорошие качества, но жаль, что все подчинял своему интересу. И никто бы не поверил, что человек с такими данными мог потерять большие деньги за картами»3. Пишчевич не отметил главную черту Подгоричани: личную храбрость в боях и полководческий дар.
