– Не видишь, – вздохнул Миша. – Поспешим. Плохо дело, кто-то чары плетет. То ли светоч веры, чтоб у него на лбу от поклонов рог вырос, то ли некромант твой любезный. И чары эти… – Он многозначительно кашлянул.
– Стоять! – скомандовала я. – Колись, что творится!
– Эх, долго объяснять. – Мишка оказался за спиной. Горячие ладони легли мне на глаза. – Покажу лучше. Часов на семь поделюсь магическим зрением, – пообещал он и трижды повторил: – Ты видишь так же, как и я!
Под веками закололо. Но я сдержалась, хоть коленки дрогнули. Что делать, раз я одна бездарная среди великих магов?
– Не заори с перепугу, – предупредил он, отнимая ладони.
Ох, вот это да! Над озаренным сине-зелеными всполохами кварталом разворачивалась сияющая золотым и черным воронка с эпицентром над гостиницей. Из нее во все стороны выстреливали искры, разлетались далеко отсюда.
– Что начнется в городе с рассветом, даже у меня, менестреля, вообразить – фантазии не хватит. Пора вмешаться.
Мы влетели в гостиницу, бесшумно пробежали по мягким коврам, притормозили перед нашим с некромантом номером. Из него полыхало почти настоящим огнем. Казалось, распахнем дверь и мигом обуглимся.
– Если сюда уже едет магический патруль? – прошептала я, отступая назад.
– Не все знают, как смотреть. – Мишка тоже колебался. – У меня дар Храма Пути. Светоч тоже должен разглядеть.
– Разглядел, вы входить будете или как?
Жрец подкрался незаметно, обошел нас и пинком ноги распахнул дверь. Пламя навстречу ему не хлынуло. Даже как-то померкло, стыдливо сменило цвет с оранжево-золотого на бледно-желтый.
Мы втроем пробрались внутрь. На кровати стонал, метался во сне вспотевший чернокнижник. А из головы и из груди его вырывалось сияющее пламя, закручивалось в спирали, било фонтанами, чтобы под потолком собраться в основание воронки. На стенах проступали и меркли одухотворенные лики и тошнотворные хари. Скомканное одеяло проросло шипами и чешуей. Это не тот самый момент, о котором говорил Карло, правда?
Рэй не церемонился, с размаху впечатал Апофису пощечину. Одну, другую. После метнул зеленую молнию. Благословил. Без толку.
– Менестрель! – гаркнул эльф на Мишку. – В чем сила твоего слова?
– Пробудись, открой глаза! Миллион чудес назвать я могу тебе, мой друг. Посмотри, они вокруг! Просыпайся ото сна! Будет цель твоя ясна! – пропел вполголоса Миша.
Да-а, таким тоном хорошо петь, когда в вечную спячку укладываешь. Конечно, маг не проснулся.
– Часто с ним такое? – Эльф вытянул перед собой руку и прищелкнул пальцами.
– Впервые, – ответила я.
В протянутую ладонь Рэя шлепнулся кинжал. Жрец выудил его из ножен и направился к магу. Я преградила ему дорогу.
– Не тронь! Сам виноват! Скольких ты отлучил сегодня от церкви? Ты его зацепил! А он не справился! Он еще слаб! – затараторила я, упираясь ладонями в эльфийскую грудь.
– Я пущу ему кровь. Он ослабнет, и заклинание прекратится! – Рэй отпихнул меня.
– Не поможет! Стой, говорю!
– Что ты знаешь? – взъярился длинноухий. – Отвечай немедля, человечка!
– Расист! – завизжала я.
– Не лезь к ней! – вступился Миша. – Пусть она попробует! Она его жена. Она найдет к нему подход!
Жрец ругнулся и отступил. До чего же гадкое создание! Сидел бы на ветке в своем лесу, не лез к приличным людям!
Я неуверенно приблизилась к Апофису, склонилась над ним. Как же тебя разбудить? Не в губы целовать – это точно. А, может…
Я опасливо оглянулась на замерших в стороне жреца с менестрелем. Не услышат? Да какая теперь разница? Я придержала мотающуюся по подушке голову, склонилась к уху мага и тихо-тихо позвала:
– Лиорсар Желлес иль’Харса, проснись! Лиорсар! Радесса ждет, – вспомнила я имя эльфийки. – Лиорсар! Апофис! Сашка! Гвардеец! Мне в Питер надо вернуться, – продолжила я по-русски.
О чудо, маг замер, не делая попытки вырваться у меня из рук, а после вскрикнул, выгнулся дугой, замолотил ногами по кровати и резко затих, чтобы открыть глаза.
– Вот истинная любовь, достойная поэмы. Нет, мюзикла, – прокомментировал происходящее Мишка.
– Что ты ему сказала? – подозрительно всматривался в меня светоч.
– Тебе-то какое дело? Что забыл в моей спальне? – недружелюбно поприветствовал его Апофис.
– Очнулся, болезный! – обрадовалась я.
– Одевайся, идем город спасать, если еще не поздно, – скомандовал эльф. – К утру твои творения обретут плоть, и сюда перебросят регулярную армию – вычищать город. Правых и виноватых искать не станут, выжгут все до подвалов.
– Даже так. – Апофис сел на кровати, прикрыл глаза, прислушиваясь к окружающему миру. – Вот крысиная икота! Это все я натворил?
Он вскочил на ноги, без стеснения принялся переодеваться.
– Ты что, население пары островов в жертву принес или горящих вод хлебнул? Откуда в тебе столько силы? – допытывался эльф.
– Семейное, – отмахнулся от него маг. – Мне нужны ингредиенты для ритуала. Некромантский набор номер четырнадцать, а лучше девятнадцать. Коза или свинья, кого поймаете.
– Кошка или собака сгодятся? – деловито уточнил Мишка, сию секунду готовый к подвигам.
– Имей совесть, певун, с нами дама. Она тебе за замученных щенков и котят глаза выцарапает. Тащи козу.
