Как говорится, выводы делайте сами. Выводы сделали, и даже кое-что постарались устранить, но «танцы с бубнами» продолжились. На содержании флота продолжали экономить, аферы с поставками корабельного леса стали притчей во языцех, а сам Балтийский флот занимался чем угодно, только не реальной боевой подготовкой. Корабли в море практически не выходили, ремонт проводился максимально «экономно», причем зачастую силами экипажей, а так называемая боевая подготовка заключалась в рейдовых учениях, смотрах, парадах, наведении внешнего блеска и прочей показухе. Что резко контрастировало с Черноморским флотом, где подготовка была на должном уровне благодаря его командующему — адмиралу Лазареву. Но после смерти Лазарева ему на смену пришел… его сиятельство князь Меншиков! Который запретил флоту проявлять ненужную (в его понимании) инициативу. Но вернемся к Балтийскому флоту. К началу войны его численность была доведена до требуемой согласно установленным планам. Но когда в октябре 1853 года на флот прибыла комиссия из Сената и Кораблестроительного комитета, выяснилось, что в спешном порядке можно подготовить к началу боевых действий только две дивизии линейных кораблей в количестве восемнадцати единиц. Причем, после детального осмотра, полностью боеготовыми из них были признаны всего восемь! Естественно, для императора это стало шоком. И когда английская эскадра адмирала Нэпира вошла в Балтийское море в марте 1854 года, на собранном совете адмиралы всячески отговаривали Николая от активных действий в море. Николай Павлович был в гневе, но сделать уже что либо не представлялось возможным.
Вот таким образом и началась балтийская кампания 1854 года. Справедливости ради надо сказать, что у англичан тоже бардака хватало. Перед отправкой на Балтику адмирал Нэпир вдрызг разругался с Первым Лордом Адмиралтейства Джеймсом Грэхемом, и тот пакостил ему во всем. Необходимых мелких судов у Нэпира было очень мало, и совершенно не было воинского контингента, пригодного для высадки десанта. Поэтому оставалось загадкой, на что рассчитывали в Лондоне, требуя от Нэпира побед. Выманить в море наш флот с целью навязать ему генеральное сражение и разгромить никак не удавалось, а лезть под огонь батарей Кронштадта, Свеаборга и Ревеля было страшновато. Тем более, англичане знали о морских минах заграждения Якоби, впервые примененных нами в Крымской войне, и тоже не сбрасывали их со счетов. Адмирал Нэпир заваливал Адмиралтейство требованиями предоставить ему хотя бы пять тысяч штыков, «чтобы сделать хоть что-то в Финском заливе». В итоге ему все же отправили войска из… Галифакса! То есть из Северной Америки. Разумеется, к закрытию навигации в Финском заливе они уже не успели. Так было в моем мире. Не думаю, что здесь пошло по-другому. Информация, которую сообщил мне Троекуров, не особо отличается от того, что я знаю из истории. За исключением ситуации возле Аландских островов. Войск у французов, прибывших на подмогу, оказалось несколько больше. Но это не самое плохое. При огромном превосходстве в численности особой разницы нет, превышает враг тебя в шесть, или в семь раз. Гораздо хуже было то, что в составе французской эскадры адмирала Персиваль-Дешена, прибывшей на подмогу англичанам, оказались паровые мелкосидящие канонерки, пригодные для действий в финских шхерах и на мелководье… Причем как для обстрела береговых укреплений, так и для высадки десанта. Эта «москитная флотилия» может доставить нам немало проблем.
А вот это плохо. Очень плохо. Мою «домашнюю заготовку» это вряд ли сорвет, но вот потрепать нервы жителям побережья Финского и Ботнического залива может. Там, где крепостей нет. Ладно, что гадать… Скоро все узнаем. А пока можно прикинуть, как пойдут события в ближайшее время, если англичане и французы будут действовать так же, как и в моем мире…
Моя «домашняя заготовка» заключалась в том, чтобы нанести максимально возможный урон вражескому флоту на Балтике. Чтобы те, кто уцелеет, драпали во всю прыть и забыли сюда дорогу. Поначалу собирался поймать англичан и французов возле Кронштадта, для чего и была начата постройка ледокола «двойного назначения». В мирное время наш «Илья Муромец» сможет работать по своей «основной» специальности — проводить суда в Кронштадт через лед. А в военное время превратится в первый в мире казематный броненосец, задача которого — сближаться с вражескими кораблями на минимальную дистанцию и перемалывать их на дрова, ведя огонь прямой наводкой. Точно так же, как делал это броненосец южан «Вирджиния» на Хэмптонском рейде во время гражданской войны в США. Но если у южан была убогая самоделка из сгоревшего до ватерлинии фрегата «Мерримак», обшитая железнодорожными рельсами, то у нас уже пароход специальной постройки. С полностью железным корпусом, двумя паровыми машинами, и довольно малым отношением длины к ширине, что позволяет ему легче маневрировать во льду. Причем запас водоизмещения изрядный. Рассчитан как раз на установку дополнительной брони и вооружения с боезапасом.
