Всех задержанных доставили в загородный особняк, давно уже принадлежащий нашей службе безопасности, и охранявшийся верными людьми. Прислугу, сопровождавшую фигурантов, отправили в тех же каретах по запланированному маршруту в Ревель под охраной, снабдив деньгами и велев не появляться в Петербурге минимум три месяца. А вот господам сразу дали понять, что их социальный статус в данный момент не играет никакой роли. Конечно, без излишних ужасов. Но тем, кто совсем недавно считал себя небожителями, и этого оказалось достаточно. Я собирался пообщаться с беглецами несколько позже, как разгребу накопившиеся дела, поскольку времени катастрофически не хватало. Поскольку доверить это кому-то другому нельзя. Но вновь открывшиеся обстоятельства заставили действовать немедленно. Не ожидал, что моя задумка со скрытой маркировкой охотничьих винтовок позволит выйти на таких важных персонажей. Как знать, может удастся выудить из памяти князя Львова что-нибудь интересное. Ну а заодно и остальных потрясти.
В тот же день вечером, когда никаких деловых визитов уже не ожидалось, покинул Зимний дворец через хозяйственный вход со стороны набережной, и отправился на встречу с пойманными заговорщиками в неприметной карете, прихватив с собой в качестве сопровождения лишь Ваньку и обоих «самураев». Елену оставил «на хозяйстве», больше никого брать не стал. Если неожиданно появятся еще какие-нибудь «польские патриоты», то Ганс с ними быстро разберется. А лишние свидетели «чертовщины» среди моих людей не желательны.
В дороге Ганс вел авиаразведку, контролируя обстановку вокруг, но все было тихо. Время пришло, надо окончательно решить вопрос с Елизаветой. Со мной она, или нет. И я дал команду Гансу перевести ее в бодрствующий режим.
Разговор получился долгий и непростой. Елизавета, осознав произошедшее, очень удивилась. Все ее мировоззрение подверглось серьезной встряске. Но, надо отдать девчонке должное, глупой истеричкой она не была, рассуждала адекватно, и качать права не пыталась. Поняла, что не вмешайся мы с Гансом в последний момент, ее хладный труп уже закопали бы где-нибудь в лесу под Петербургом. А затем бы настал черед ее матери. Теперь надо было определиться с нашими дальнейшими отношениями. Елизавета, выяснив все подробности, не колеблясь согласилась стать моим паладином. И сразу же решила выяснить практическую сторону дела.
— Господин Тихонов, но как я буду действовать в дальнейшем? Находясь в этом приборе в качестве хоть и мыслящей, но бестелесной сущности, как я смогу чем-то Вам помочь? Ведь у паладинов есть не только права, но и обязанности перед своим сюзереном.
— Я рад, что мы нашли общий язык, Елизавета. Сегодня, если не случится ничего непредвиденного, у Вас будет новое тело. Молодое, красивое, и обладающее отменным здоровьем. Конкретно — ваша фрейлина, княжна Трубецкая. Насколько мне известно, именно она заманила Вас в ловушку. Думаю, Вы не откажетесь отплатить ей той же монетой.
— Не ожидала… Воистину царский подарок… А я смогу с ней поговорить?
— Сможете, если захотите, когда Ганс поменяет вас местами. Для меня она не представляет интереса, поскольку не обладает серьезным влиянием в среде аристократии. В отличие от ее отца, князя Трубецкого. Не пошел урок впрок княжескому роду.
— Понимаю. Но если княжна Трубецкая замешана в заговоре, то как же я смогу появиться на людях? Меня сразу арестуют.
— Не арестуют. Представлю все так, что не знаю о вашем участии в заговоре. Это я держал в секрете от всех, поскольку сразу решил предложить Вам занять место княжны Трубецкой. Но давайте не будем забегать вперед. А то, пока мы доберемся до места, как бы с княжной чего не случилось. Тогда придется искать Вам другое подходящее тело. Благо, заговорщиков среди аристократов хватает…
Воздастся каждому по делам его
К нашей тайной базе в загородном особняке подъехали к полуночи. Но охрана несла службу исправно, поэтому встретили нас еще на подходе. И лишь установив наши личности, пропустили на территорию поместья. Хоть и охренели от неожиданного визита такой важной гостьи. Ванька, успешно игравший роль Юрия Давыдова, галантно помог мне выйти из кареты и сопроводил внутрь дома, давая пояснения. Поскольку по легенде я, то есть императрица Елизавета Вторая, находился здесь впервые. Для создания нужного настроя сразу же обозначил приоритеты перед вызванным старшим смены из отставных казаков.
— Господин хорунжий, пусть Вас и ваших людей не смущает мое присутствие. Делайте свое дело, как положено. Мне нужно поговорить с задержанными, но так, чтобы никакие слухи отсюда не просочились. Уточняю — н и к а к и е. Господин Давыдов позже даст подробные инструкции. Вам все понятно?
— Так точно, Ваше Императорское Величество! Кого прикажете доставить первым для беседы?
— Княжну Трубецкую.
— Слушаюсь, Ваше Императорское Величество!
