— И я тебя очень рад видеть, сестренка! Понимаю, что ты очень удивилась, увидев меня живым. Но, что поделаешь, мне очень не нравится, когда какие-то маргиналы пытаются меня убить. Поэтому я убиваю их сам. Ничего мне рассказать не хочешь?
— Что ты мелешь⁈
— Значит, не хочешь… Ганс, протокол «Пассажир», спящий режим.
Хорошо, что сделал перед этим несколько шагов вперед, поэтому успеваю подхватить обмякшее тело сестры и аккуратно усадить ее в кресло. Да-а, как говорят наши «друзья» англичане, «сюрпрайз»! Кого я только не предполагал в роли мистера Икс. А оказалось, что это миссис Икс. Моя родная старшая сестра Анна. С которой, что греха таить, у Юрия Давыдова с давних пор очень натянутые отношения. Если не сказать враждебные. Причем виноваты оба. И после моего «прибытия» мы с Анной ни разу не встречались. Папенька с маменькой хорошо знали о наших «родственных» чувствах, поэтому даже не пытались нас помирить. Но пойти из-за давних детских обид на убийство⁈ Нет, здесь нужно что-то более серьезное…
Сестра быстро приходит в себя и с интересом осматривается. После чего улыбается, снова напоминая хитрую плутовку, какой она сохранилась в памяти Юрия Давыдова.
— Юрка, вот мы и снова встретились! Даже имя сильно менять не приходится. Теперь я не Ваня, а Аня!
— Аня, не пали контору! Нас могут услышать.
— Не волнуйся, никто не услышит. Этот кабинет защищен от подслушивания. Мой муженек постарался. Но ты прав, надо соблюдать конспирацию. Сейчас, чтобы панику в усадьбе не наводить, давай «помиримся» и кофе выпьем?
— Давай! Всегда знал, что моя старшая сестренка — очень умная женщина. Хоть и очень вредная!
— Ну да, от вредины слышу!
— Ладно, сестренка, давай «мириться»!
— Вот так бы сразу, обормот!
Да уж, Ваня мгновенно освоился в теле моей сестры. Прежний опыт с внедрением в тело Цили не пропал даром. Копирует все привычки Анны и ее манеру речи. Выглянув из кабинета, и увидев дворецкого с «самураями», велит накрыть стол на две персоны. У хозяйки важный разговор с братом. «Самураи» все прекрасно понимают и помалкивают, а вот дворецкий в первый момент впадает в ступор. Приходится повторить ему приказ, чтобы начал действовать. Пока прислуга суетится и накрывает на стол, мило беседуем ни о чем. Пусть все видят, что брат с сестрой наконец-то перестали собачиться, и нашли общий язык. Но когда мы снова остаемся одни, Анна берет чашку кофе, делает глоток и блаженно закрывает глаза.
— Какая прелесть, у Ганса в АДМ такого нет… Ладно, Юра, давай ближе к делу. Можно сейчас сканирование памяти провести, но вдруг, кто неожиданно зайдет. Увидит, что я пребываю в «нирване», а ты рядом сидишь и в ус не дуешь. Глупые вопросы возникнут. Давай лучше я своими словами расскажу?
— Да, пожалуй. Так лучше будет.
— Значит, слушай…
Чем дольше длился рассказ Анны, тем больше я удивлялся, до чего могут довести старые обиды, обычная зависть, жажда денег и власти. Началось все еще в детстве. Анна была старшей сестрой в семье Давыдовых, Юрий младше ее на четыре года. Со вторым ребенком в семье, с сестрой Анастасией, отношения у Юрия были в целом нормальные. А вот с Анной не сложилось. Был ли этому виной сложный характер у обоих, или какие-то другие причины, сейчас уже понять трудно. Но факт остается фактом — Анна и Юрий друг друга тихо ненавидели. Это не считая того, что неприязненные отношения у Юрия были и с младшим братом Федором. Но тут ничего удивительного, поскольку оба были редкостными говнюками. Не сложились у Анны и отношения с отцом, хотя он делал все возможное, чтобы их наладить. В конце концов поняв, что это бесполезно, махнул рукой. А частые взбрыкивания старшей дочери, и ее постоянные попытки поссорить отца с матерью, «лечил» старым и проверенным способом — розгами. Вплоть до замужества. Что не способствовало установлению нормальных отношений. Теперь стали отчасти понятны причины такого поведения. Анна была очень недовольна, что не она — главная наследница промышленной империи Давыдовых. Деловая жилка проявилась у нее еще в подростковом возрасте. И осознание того, что все перейдет к ее младшему брату — редкостному шалопаю и бездельнику, ее откровенно бесило. А братец лишь подливал масла в огонь своим непотребным поведением, все больше и больше становясь классическим мажором. Но тут, вроде бы, появился свет в конце туннеля. К Анне посватался представительный жених — граф Ягужинский. Старше ее на восемнадцать лет, имевший сомнительную славу заядлого картежника, но самый настоящий граф.
