Когда на западе погасли последние всполохи заката, и наступила ночь, стрельба еще какое-то время продолжалась. «Волчья стая» добивала тех, кого смогла обнаружить в темноте. Но вот отгремели последние выстрелы, и над Черным морем опустилась тишина. Севернее нас пытаются уйти главные силы эскадры с большей частью транспортов. Отставшие, кто уцелел, сейчас разбегаются в разные стороны в надежде скрыться в темноте и не попасться русским варварам, которые не соблюдают никаких правил ведения войны на море. Наши пароходы, чтобы исключить «дружественный огонь», зажигают условленные огни на мачтах. Обменявшись световыми сигналами с «Измаилом», следуем за эскадрой. Мы впереди, приглядывая за противником, остальные за нами. Знают, что мимо нас никто не проскочит.
Пока вокруг все тихо, запрашиваю обстановку у Ганса. Ответ даже меня поражает.
— Командир, ох и наломали вы дров! Сейчас уничтожены семьдесят восемь парусников с десантом, один парусный фрегат, что их охранял, и десять пароходов. Плюс еще два парохода, которые вы утром утопили.
— Ну, ни хрена себе!!! Вот это дорвались наши «волчары»! Если так пойдет и дальше, то мы по дороге в Крым весь «обоз» на ноль помножим!
— Не получится. Англичане и французы уже согнали всех в кучу и окружили военными кораблями. Да и боезапас к нарезным пушкам наши порядочно израсходовали. Если только не задействовать старый дульнозарядный хлам. Но Новосильцев вряд ли на такое пойдет.
— И правильно сделает… Ладно! До утра все равно вряд ли какая движуха будет. Ганс, сделай-ка сейчас вот что. Наведайся в гости к господам европейцам. Послушай, о чем болтают. А когда им болтать надоест, сгоняй в Севастополь. Но только быстро, туда и обратно. Глянь, вышел Черноморский флот, или нет.
— А если не вышел, князюшку грохнуть?
— Пока не надо. Пусть еще поживет.
— Принято!
Начать решили с самого интересного — с английского флагмана «Британия». Благо, уже стемнело, и заметить подкравшийся к открытому окну адмиральской каюты АДМ было невозможно. Причем услышать джентльменов удалось даже раньше, чем увидеть. На «Британии» разыгрались поистине шекспировские страсти…
— … а я вас предупреждал!!! Нечего лезть в Крым с моря! Я был возле Одессы и видел, на что способны новые русские пушки! Но меня никто не захотел слушать! Из лондонских кабинетов, оказывается, виднее! И Вам об этом не раз говорил! Но Вы сочли русских толпой дикарей и всячески продавливали десантную операцию в Крым! Именно Вы в компании с этим маразматиком Сен-Арно! Поздравляю! Вы добились своего! Только вот какими силами Вы собираетесь воевать с русскими в Крыму, я не знаю!
— Мне в свою очередь хотелось бы узнать, почему Вы, имея колоссальное превосходство в силах, допустили такое⁈ Эти русские «коптилки» совершенно безнаказанно уничтожали наши суда с десантом, а наш хваленый флот не сделал ничего, чтобы этому помешать! Семь пароходов против почти сотни военных кораблей! Всего семь!!! Если так пойдет и дальше, то от десанта точно ничего не останется!
— Именно так не пойдет. Сейчас все «купцы» согнаны внутрь ордера и прикрыты фрегатами. Мне плевать, что кто-то из них может столкнуться. Пусть учатся ходить в строю, пока не поздно. Но вот если кто-то отстанет, то будет добираться до Евпатории самостоятельно. Рисковать всеми остальными из-за одного- двух недотеп я не собираюсь!
— Ладно, адмирал… Будем считать, что мы оба погорячились… Но Вы сможете довести десант до Крыма?
— Если мне не помешает русский флот, то смогу. В противном случае, мне придется принимать бой, и пока «большие парни» будут разбираться друг с другом, быстроходная мелочь вроде этих одесских пароходов будет рвать десантные суда на куски. Как волки кружат вокруг отары овец и выхватывают их по отдельности. Что нам сегодня и продемонстрировали. Кэптен Новосильцев (чин кэптен в английском флоте соответствует капитану первого ранга в российском) очень наглядно показал всем своим недоброжелателям и прежнему начальству, что его незаслуженно выгнали в отставку. Нанести огромный урон такими ограниченными силами — это тоже надо уметь. Если бы он не был сейчас нашим врагом, то я бы снял шляпу перед ним!
— И все же, я не понимаю. Пусть парусные корабли не могут тягаться в скорости с пароходами при слабом ветре. Но ведь у нас гораздо больше пароходов, чем у русских! Почему они ничего не могут сделать?
— Вы разговаривали со спасенными из команд «Полифема» и «Эребуса»? Тех, что утопил еще утром этот проклятый русский пакетбот «Лебедь», доставивший нам столько проблем?
— Говорил. Но мало что понял. Я, все же не, моряк. Понял лишь то, что русские очень умело надрали им задницу, и спокойно ушли.
