Сам же, накинув халат, беру футляр сигарет с пола. Ага. Порой мы останавливали «процесс» на перекур или промочить горло. Как же я люблю такие ночи. Только мы, наша любовь да эксперименты в удовольствий.
Выхожу на балкон. Слабый ветерок качает волосы. Окидываю взглядом никогда не спящий город. Сигарета в зубы, искра спички. Подкур. Затяжка. Держу в себе…
Выдох.
Сигаретный дым растворяется в воздухе, уносится куда-то в даль. Приглушённые звуки красного квартала звучат так далеко, пёстрые краски в розовых тонах танцуют среди тьмы. Чёрные облака плывут по ночному небу. Мой личный момент тишины.
Не хочу ни о чём думать. И всё же.
Новая затяжка. Выдох через нос.
Впереди меня ждёт самое главное испытание, самое важное, то, ради чего был проделан весь этот путь. Остальное на самом деле не имеет значения. И всё же… Именно сейчас я без сожалений, без раздумий могу сказать.
Как же я рад. Что жив, что продолжаю жить. Преодолеть дорогу от беспризорника до одного из самых уважаемых игроков. Это же чего-то стоит? Жизнь гэмблера — это моя жизнь. Я не был рождён для этого пути, но сам прогрыз себе путь, чтобы сейчас стоять на этом балконе. Ну… Чуть кошусь в комнату. «Сам» звучит очень самоуверенно. А всё она. Она и только она. Асити Ли Вердо. Женщина, что произнесла слова, которые так мне были нужны.
«Не упусти свой шанс, юноша».
А ты, сестра? Ты тоже не упустила свой шанс? Ты схватилась мертвой хваткой в протянутую руку, чтобы увидеть новый рассвет. Могу понять. Интересно, увидь я родное лицо, чтобы почувствовал?
Гнев? Радость? Печаль?
Дело в том… Что я сказал Асити правду. Я больше ничего не чувствую к этому слову. Сестра. Это пустой звук, ничто.
Опадает пепел сигареты.
Сейчас моя единственная семья нежится на пышной перине. Она убийца, палач, наследница клана… Моя любовь.
Докуриваю остатки, и в момент, когда щелчком окурок летит вниз.
— Проникать в чужие покои ночью, даже для королевы некультурно. — улыбаюсь.
— Оу. — удивилась Авикта, вокруг тела гуляет черная дымка. — Ты научился находить даже меня?
— Пока Асити рядом, теперь я всегда настороже. — Розовая встает по левую руку. Мы вместе смотрим на Инкубус. — Чтобы ситуация с Удильщицами никогда больше не повторилась.
— Похвально. — заправляет прядь волос за ухо. Немного ждет. — Ты точно не хочешь остаться?
— Асмодей подкинул идею? — бросаю смешок.
— Нет. — смотрит на меня. — Это и мое желание. Ты ведь должен понимать. — приподнимает подбородок. — Останешься ты, останется и она. Со временем я смогу убедить Аси окрасится в Розовый, семья Вердо займет свое место среди Греха.
— В том и дело, Авикта. — облокачиваюсь о каменные перила локтями. — Я никогда не буду использовать её чувства себе во благо, она никогда не будет игрушкой в моих руках. — снова улыбаюсь. — Если Аси хочет остаться Лисицей, значит она останется ей.
— Даже если этот путь разделит вас навсегда?
— Уже ничто не разделит нас. — киваю. — Любая стена будет сломана, и сломаем мы её… Вместе.
Авикта целует мою щеку. Никакой пошлости, никакого желания. Это… Это действительно поцелуй мамы, поцелуй благодарности. Искренний и теплый.
— Спасибо тебе, Кван. — шаг назад. — Пускай это не играет никакой роли. Я даю свое благословление этому союзу. И даже если мой бывший будет против, я буду первой, кто встанет за вас. — гладит кольцо. — Я свергла Ойдлет, чтобы избежать войны, но, похоже, готова её развязать ради своей дочери. — прижимает руку к моей груди. — Ты помог мне, и я помогу тебе, только позови.
— Забавно, что Парсия сказал тоже самое. — пожимаю плечами.
— Торн Парсия? Король Шутов? — прикрыла улыбку ладошкой. — Какие… Хорошие у тебя друзья, Алый Принц.
— Лучшие. — еще разок смотрю на Инкубус.
Наверное, пора говорить «прощай». Было… Познавательно.
Земли Персикового древа.
Драйк ждет в условленном месте. Небольшой, заброшенный домик егеря. Теперь изгнанные Удильщицы стали его слугами, взяли периметр под контроль. Через несколько часов явилась она. Лидер, главная, сердце нового восстания.
Девушка зашла внутрь, скинув капюшон. Лицо покрыто шрамом от брови через нос и до губы. Злость в глазах стала обычной эмоцией. Ярко красные зрачки, только дополняют образ свирепой воительницы. А черты лица… Будто Алый Принц в женском обличии.
— Докладывай. — хриплый голос.
— Операция полностью провалена. — хрустнул пальцем Драйк. — И снова вмешался этот щенок. Все, что мы так долго выстраивали, рухнуло в один миг.
— Тогда скажи мне… — закипает от злости. — Скажи, почему этот ублюдок носит часть моего имени?
— Лучше ты мне скажи. — только сейчас вспомнил Драйк. — Кланси Коста. Ты видела картину?
— Живопись белой шлюхи меня не интересует…
— А надо бы. — наклоняет голову слепец. — Теперь, когда я смотрю, одно лицо.
Кланси, не медля, обнажила клинок из рукава, остановив его в опасной близости от горла Драйка. Стражи обоих не реагируют.
— Не смей даже предполагать… Мой брат… Умер. Убит Принцессой.
— Ты не веришь мне? — Драйк сам подставляет горло. — Я когда-нибудь лгал тебе? Кланси…
