Лев вспомнил свои редкие приезды сюда в компании еще пары молодых оперов. У Василия Петровича кругом царила армейская чистота и порядок: подъем в шесть утра, скромный завтрак, обязательная влажная уборка. Небольшое послабление он давал своим гостям, лишь когда оказывался за своим рабочим столом. С удовольствием, тщательно Василий Петрович записывал свои воспоминания. Лев до сих пор помнил, как был впечатлен некоторыми случаями из практики, которыми поделился с ними пенсионер. За ужином он рассказывал им о своей профессии – эксперта-криминалиста. И это было совсем не сухими лекциями, как в университете, в его рассказах действия эксперта обретали смысл, оживали. Становилось понятно, что за каждым протоколом стоит чья-то история из надежд и разочарований.
Сам Василий Петрович, несмотря на строгость, даже суровость в манерах и обращении с внуком и его друзьями, показался тогда молодому Гурову кристальным образчиком сотрудника МВД. Преданный делу, въедливый и настырный в поиске истины, он не дослужился до высоких должностей, но был невероятным профессионалом. Василий Терехин-младший не раз хвалился дедом, к которому даже на пенсии регулярно обращались за помощью, он консультировал в спорных случаях, когда рядовые сотрудники лабораторий терялись и не могли сделать однозначные выводы.
Сейчас Лев, вспомнив о Василии Петровиче и сидя за его столом рядом с аккуратными рядами папок и тетрадей на полках, вдруг успокоился. Спешить некуда, все ошибки он уже совершил. Нет, надо подойти к поиску преступника без эмоций, используя только логику, знания, как это делал Василий Петрович Терехин. Вот его мемуары, строго пронумерованные, сложенные один к одному – доказательства, что всегда работает система, последовательное, поэтапное расследование, когда каждая улика и свидетельство выстраивается в логическую систему доказательств преступления. И это сейчас его работа – не просто понять, что произошло в коттедже, а еще найти доказательства, чтобы наказать преступника.
Лев Иванович с удовольствием окинул взглядом записи Терехина-старшего – как хотелось бы прочитать их, внимательно изучить все случаи, что описал этот профессионал.
Где-то вдалеке зазвонил его телефон, но Лев Гуров остался на месте. Еще пару минут спокойствия, чтобы его мозг настроился на работу. Он сейчас сам себе напоминал Василия Петровича. Тот, несмотря на огромную любовь к внуку, не стал бы метаться в гневе от одного подозреваемого к другому, от одной версии к другой. Нет, для него важнее всего были не месть, не эмоции и наказание преступника, а поиск истины.
После утреннего кофе опер написал себе список задач – с кем встретиться, какую информацию узнать или перепроверить. Решил начать, как и положено, с отработки слов свидетелей. Надо найти игровой клуб, в который Григорян ходил на постоянной основе, и расспросить тамошних обитателей. Может, их слова выведут на таинственного заказчика Армана, удастся узнать что-то большее, чем скудное описание внешности.
Перед тем как покинуть Тихий и отправиться в город к новому старту своего расследования, полковник Гуров решил разыскать Качалова. Остальные гости вечеринки – обитатели города, а он единственный, если верить словам дяди Коли, проживает недалеко от коттеджа.
Телефон затих, а потом снова залился трелью. Гуров подхватил кружку и поднялся с места. Придется начать все сначала. Но он готов, пускай хоть сколько сил понадобится посвятить этому расследованию.
Машина, будто в тон его настроению, заурчала и с готовностью откликнулась на движение после отдыха возле коттеджа Терехиных. Хотя проехать к старой части поселка оказалось сложно, дорога петляла и кружилась, однако упрямо выводила автомобиль опера к железной дороге, а серый островок из старых крыш оказывался по ту сторону сияющих под утренним солнцем шпал.
Гуров оставил машину в теньке деревьев и пошел пешком, решив взбодриться с утра после бессонной ночи. Эта часть поселка выглядела совсем безлюдной. Опер прошел улицу, потом свернул и прошел дачную заплатку по другой стороне периметра – но не встретил ни одного человека. Ему пришлось обойти несколько домов, вернее дворов, прежде чем наконец на его возгласы «Хозяева!» кто-то откликнулся.
Из-за большого, обшитого дощаткой дома показался мужчина средних лет. Высокий, с коротким ежиком светлых волос, он замахал издалека:
– Что хотели?
– Поговорить, – откликнулся опер. – Вы же Егор Качалов? Я занимаюсь расследованием смерти Терехина, вашего… – Лев на секунду сбился на формулировке, – соседа.
Мужчина зашагал по дорожке к дому:
– Заходите.
Лев последовал за хозяином, а сам в это время рассматривал его крупную фигуру. Хотя тот был одет в свободный балахон, похожий на рубаху, сыщику было понятно, что Качалов отличается силой.
В доме мужчина заговорил вполне дружелюбно:
– Давайте чаю? С травами, готовлю по собственному рецепту фамильному.
Не дожидаясь ответа, он захлопотал у плиты. Разлил по чашкам ароматную золотую жидкость, в которой можно было угадать нотки мяты и смородины, выставил на стол миски со снедью:
