«Да. Естественно, он сожалеет, что не позаботился о нем получше. Он скорее винит себя в том, что произошло, но, конечно, это была не его вина. Торфиннур мог быть действительно упрямым».
«Он настоял на том, чтобы продолжать в одиночку?»
«Да, по словам Сверрира. Торфиннуру действительно нравился пейзаж».
BlackBerry Кнотура начал жужжать, и, взглянув на экран, он попросил Сигурдура ли извинить его. Он сел за свой стол, отодвинув стул для видимости уединения, но Сигурдур Óли подслушал весь разговор.
«Где вы раздобыли тот оркестр, который был у вас на днях, камерную группу?» — спросил Кн. тур. «Нет, я устраиваю небольшой званый ужин», — продолжил он в ответ на вопрос. «Да, я знаю, что это срочный заказ, но это был классный наряд, и ко мне на ужин придет один из старших руководителей. Я просто подумал, что это было умно, когда у тебя был камерный оркестр».
Что-то записав, он коротко попрощался и повернулся обратно к Сигурдуру Óли.
«И это все?» — спросил он, проверяя время на экране своего компьютера, как бы подчеркивая, что он слишком занят, чтобы продолжать их разговор.
«Вы все работали в одном районе?»
«Нет, хотя, конечно, наши проекты пересекались. Мы работали над многими одинаковыми сделками».
«Что-нибудь, о чем вы хотели бы упомянуть?»
«Не без нарушения конфиденциальности. Знаете, для банковской конфиденциальности есть причина». Кн. тур улыбнулся.
У Сигурдура Óли было ощущение, что ему покровительствуют. Кнатур был на несколько лет моложе его, но, вероятно, в пятьдесят раз богаче; такое детское личико, заказывать камерные группы для званых ужинов. Как правило, Сигурдур Óли восхищался людьми, которые преуспевали в жизни благодаря своим собственным заслугам и инициативе, а не завидовал им за их достижения, но манеры Кн & #250; тура раздражали его, и по какой-то причине история с музыкантами раздражала его.
«Я понимаю», — сказал он. «Значит, вы четверо не особенно хорошо знали друг друга?»
«Конечно, мы были довольно близки по работе. Почему вы спрашиваете об этом сейчас? Вы возобновили дело?»
«По правде говоря, я действительно не знаю. Вы знакомы с женщиной по имени Сигурлíна Торгрíмсдóттир?»
— Сигурльна? «задумчиво переспросил Кнатур, поднимаясь на ноги, как будто встреча, по его мнению, была окончена. Он подошел к двери и открыл ее, но Сигурд Óли оставался приклеенным к своему месту.
«Не с моей головы свалилось. А должен ли я быть таким?»
Он кивнул кому-то в коридоре. У него должна была состояться следующая встреча; нужно было заключить ряд сделок.
«Она была секретарем в бухгалтерской фирме, — ответил Сигурдур Óли, — и стала жертвой жестокого нападения в собственном доме. Вы, наверное, видели это в новостях. Она скончалась в больнице.»
«Я видел новости, но не могу вспомнить ее».
«Вы и ваши коллеги отправились на экскурсию в высокогорье, организованную ее фирмой, незадолго до трагического происшествия на Снайфелльснесе. Ее муж был вашим гидом. Она была известна как Лíна.»
«О, она. На нее действительно напали?» — спросил Кн. тур, наконец, похоже, поняв. «Полиция знает, что произошло?»
«Дело расследуется. Значит, вы ее помните?»
«Да, теперь, когда ты упомянул о поездке. Это было потрясающе — я имею в виду поездку».
«Были ли у вас с ней какие-либо дальнейшие контакты? После этого?»
«Нет, совсем никаких».
«А как насчет одного из ваших коллег, одной из группы из вашего банка?»
«Нет, я так не думаю. Насколько я знаю, нет».
«Ты уверен?»
Сигурдур Óли встал и подошел к двери, которую Кнатур все еще держал открытой, опаздывая на свою следующую встречу. Деньги никого не будут ждать.
«Да», — ответил Кнатур. «Я совершенно уверен. Но вам придется спросить других. Я, например, совсем не знал эту женщину. Она упоминала о нас или что-то в этом роде?»
Сигурдур Óли не удержался и немного помучил его.
«Да», — сказал он. «Своему мужу. Она считала вас невероятными людьми, совершенно невероятными».
«Неужели?»
«Она говорила о каком-то «плане». Есть идеи, что она имела в виду?»
«План?»
«У вас у всех был какой-то план, в какой-то схеме вы были замешаны. Она сказала, что у вас «невероятные нервы». Она не знала, что за схема была задействована, но мне не потребуется много времени, чтобы это выяснить. Спасибо за ваше сотрудничество».
Они пожали друг другу руки, и он оставил Кнотура стоять в дверях, его детское личико было искажено тревогой.
Полиция практически не продвинулась вперед в расследовании дела Хайди и Тха Раринна, и Сигурдурли и Финнур столкнулись с той же демонстрацией грубости и высокомерия, когда позже в тот же день возобновили допрос.
«Тогда что это за сука?» — возразил Х ö дди, когда его спросили, знает ли он Лíна.
«Такой тон тебе не поможет», — сообщил ему Финнур.
«Принимая этот тон», — передразнил его H & # 246; ddi. «Ты сейчас указываешь мне, как говорить? Попробуй сам поменьше говорить как придурок».
«Откуда ты знаешь раринна?» — спросил Сигурдур Óли.
«Я его не знаю. Кто этот óрэринн? Кто он, когда дома?»
