Сигурдур Óли подбежал к месту происшествия как раз вовремя, чтобы увидеть, как мужчины запрыгивают в машину, за рулем которой находится четвертый, и исчезают за углом. Человек на земле стонал в агонии, его лицо превратилось в кровавую маску. Это был Крист óфер. Он лежал на спине, его передние зубы были выбиты, опухшие глаза закрыты. Сигурдур & #211; ли осторожно перевернул его на бок и вызвал скорую помощь.
«Кто они были?»
«Я… не знаю», — прошептал Кристóфер.
«Что случилось?»
«Они … они ждали. За станцией…»
Сигурдур Óли ворвался в участок и зашагал по коридору к кабинету Финнура. Финнур как раз уходил, когда Сигурд Óли набросился на него, втолкнул обратно в свой кабинет и захлопнул за ними дверь.
«Что за черт?» — крикнул Финнур, поравнявшись с ним.
«Я только что положил Кристефера в машину скорой помощи», — объявил Сигурдур Óли.
«Крист óфер? Какое это имеет отношение ко мне?»
«Разве ты не должен спросить, что случилось?»
«Какого черта мне это делать?»
«Я думал, что предупредил тебя. Если ты не прекратишь это, мне придется подняться выше».
«Я ни хрена не понимаю, о чем ты говоришь. Убирайся отсюда!»
«Я говорю о том факте, что ты предупреждаешь людей, когда знаешь, что эти ублюдки покидают станцию. Ты думаешь, что добиваешься какого-то правосудия? В этом идея?»
Финнур попятился. «Ты не в своем уме», — сказал он, хотя на этот раз менее убедительно.
«Я знаю, что они не получают тех приговоров, которых заслуживают, что обычно после допроса они остаются безнаказанными. Но это не решение проблемы».
Финнур не ответил.
«Ты делал это раньше — три года назад. Та девушка на P 243;sth 250;sstraeti. Я был не единственным, кто знал. И теперь ты снова за это взялся. Что ж, здесь есть люди, которые этого не потерпят».
«Люди хотят справедливости», — запротестовал Финнур.
«Ты хочешь справедливости», — поправил Сигурдур Óли.
«Мальчик оказался без сознания в больнице после того, что с ним сделал твой друг Крист óфер», — сказал Финнур. «Совершенно неспровоцированно, просто для развлечения. Насколько нам известно, мальчик может стать овощем, когда придет в себя, но мы можем быть уверены, что ваш друг Кристофер будет смеяться со своими приятелями, когда это произойдет. Поэтому я сказал отцу мальчика, что если бы он хотел что-то сказать Кристеферу, мы бы отпустили его сегодня вечером через боковую аллею.»
«Поэтому он собирает своих товарищей и избивает его до полусмерти».
«С людей хватит. Они хотят справедливости. Крист óфер не проявил никакого милосердия».
«Ты знаешь, что кровь в семье бурлит сразу после подобного инцидента», — сказал Сигурдур & # 211;ли. «Они хотят отомстить. Ты действительно думаешь, что должен поощрять их? Это ваша работа — использовать их гнев только для того, чтобы вы почувствовали, что за это была заплачена какая-то цена?»
«Девушка на P ósth ússtraeti тоже не сделала ничего плохого», — сказал Финнур.
«Я знаю, что она член семьи. От этого только хуже».
«Они ударили ее ногой по голове. Два кретина смеются субботним вечером. Она никогда не оправится. Они получили несколько месяцев, в основном условно. Раньше у них не было особых неприятностей, а их возраст и все остальное говорило в их пользу».
«Итак, ты выбил из них все дерьмо», — сказал Сигурд Óли. «Ты приказал преследовать их от станции, напал и оглушил до потери сознания».
«Это принесло бы больше пользы, чем несколько месяцев тюрьмы и условный срок, хотя я не совсем понимаю, о чем ты говоришь».
«Ты должен остановиться», — предупредил Сигурдур Óли.
«Это все недоразумение, Сигги, я ничего не делаю».
«Ты не можешь так дальше продолжать».
«Вы знакомы с дочерью моего двоюродного брата? С тех пор, как она вышла из больницы?»
«Нет, но ты не сделаешь этого снова. Если ты сделаешь, я поднимусь на вершину, и я знаю, что ты не хочешь, чтобы это произошло».
«Эти парни не понесут никакого наказания. Ты видишь их снова и снова вовлеченными в одно и то же старое дерьмо. Что нам прикажешь делать?»
«Финнур, ты должен остановиться».
«Лично я, — сказал Финнур, открывая дверь для Сигурдура ли, — думаю, что им следует пристрелить этих чертовых подонков в тот момент, когда они до них доберутся».
Сверрир сидел на кровати в своей камере, но вскочил на ноги, когда засов был отодвинут и вошел Сигурд Óли. Дверь за ним закрылась. Он все еще был в мрачном настроении после сцены с Финнуром.
«Откуда взялись деньги?» — потребовал он ответа, занимая позицию сразу за тяжелой стальной дверью.
«Деньги?»
«Откуда это взялось?»
«Я не понимаю…»
«Кнатур рассказал нам все, что имеет значение, — перебил Сигурдур Óли.
Сверрир уставился на него. «Я не должен разговаривать с вами без присутствия моего адвоката».
«Все это официальное дерьмо начнется завтра», — сказал Сигурдур Óли. «Я просто хотел услышать, что вы хотели сказать; спросить вас о нескольких незначительных моментах, которые мы сможем обсудить более подробно позже. Например, откуда взялись деньги, которые вы отмыли для Алена Ренсена. Я так понимаю, он не мог не рассказать вам. С кем связан Ренсен? От имени кого он действует?»
Это ренсен? «невинно спросил Сверрир.
