Зачарованная корона тяжело давила на голову, тянула вниз, словно камень. Хотелось блевать, упасть на колени в снег и вывернуться наизнанку, но она не доставила Змею удовольствия видеть ее такой.
Когда он насытился ею, то отстранился. Вскинул в воздух их сомкнутые руки и развернул Косару лицом к монстрам.
— Я привел вам новую царицу! — прокричал он.
Монстры, зная, чего от них ждут, наконец-то принялись ликовать. Он посмотрел на Косару, и та увидела в его глазах что-то неожиданно человеческое: удовлетворение от того, что он обманом заставил ее надеть зачарованную корону; страх перед тем, что должно было произойти. Но отражалась в них и надежда — надежда, что вместе они спасут его царство.
— Ты готова? — спросил он, подняв взгляд к расколотому небу.
— Что? — пробормотала Косара. — Прямо сейчас?
— Ты предпочла бы еще подождать? — поднял Змей одну бровь.
Он был прав, Косара знала, что он прав. Именно поэтому она пришла сюда в первую очередь, и именно поэтому она прошла через эту проклятую свадьбу. Но теперь, когда она связала себя со Змеем, а он связал себя с ней, она обнаружила, что колеблется. Выйдет ли она отсюда живой? Косара охотно пожертвовала бы им, чтобы спасти царство монстров и свой город, но не собой.
У нее не осталось выбора. Пальцы Змея уже переплетались с ее пальцами. Он явно не собирался ждать.
Тепло от его рук перетекло в ее. Она не осознавала, насколько замерзла, стоя на снегу, но лишь теперь кровь прилила к ее щекам и в кончики пальцев.
Их сцепленные руки начали светиться.
И сразу стало ясно одно: когда Змей говорил всем своим предыдущим невестам, что для ритуала ему нужны их тени, он просто лгал. Двенадцать теней Косары лишь усилили ее магию. Пока они кружили вокруг, свет, исходящий от нее, становился все ярче.
Вместе они со Змеем направили его вверх, к провалам посреди небосвода. Сначала казалось, что все впустую. Свет был слишком тусклым, а тьма — слишком глубокой. Затем потихоньку, стоя пред расширяющимися глазами монстров, Косара и Змей засияли ярче.
Им всегда было так хорошо, когда они горели вместе.
Косара снова поймала взгляд Змея — и, к своему удивлению, увидела в нем гордость за нее. Он подошел так близко, что она почувствовала его теплое дыхание на своем ухе.
— Так и знал, что ты будешь хороша.
Да. Впервые магия льнула к ней естественным образом. Здесь не нужно было запоминать магические слова или щелкать пальцами. Не нужно было доводить себя до предела сил или заставлять свои тени подчиняться.
Она и Змей работали вместе, но, как обычно, они также сражались между собой. В то время как обручальное кольцо Косары не позволяло Змею полностью захватить ее, его корона не позволяла ей сделать то же самое. Они оба тянули заклинание каждый в свою сторону — то Косара одерживала верх, направляя свой свет, то везло Змею.
Наблюдая, как их магия чинит разрывы в мирах, Косара поняла, что ей хорошо. Так странно, нелепо, но она наслаждалась.
Змей наклонился к ней — видимо, для еще одного поцелуя. Она обнаружила, что не совсем против этой идеи. Он был таким вкусным! Она не могла вспомнить, почему раньше стыдилась этой мысли. Корона давила на нее тяжелее, вдавливая венок из роз в череп, но Косара никогда не чувствовала такой легкости.
Она покачала головой. Это было неправильно. Как это называла Вила? Опьянение от заклинания. Она снова была пьяна.
— Посмотри, от чего ты хочешь отказаться, — прошептал Змей так тихо, что только она его слышала.
— Прошу прощения?
— Я знаю, что ты задумала. Чувствую, что кольцо на моем пальце зачаровано. Ты действительно готова пожертвовать мной?
— Я не… — Косара осеклась: какой смысл отрицать?
Ведь он уже знал.
— Никто другой тебе этого не даст. Лишь я — тот, что равен тебе во всем.
— Я ничего не понимаю.
Это была ложь. Она прекрасно знала, что он имел в виду.
Вилы больше нет. Теперь их только двое, Косара с ее двенадцатью тенями — и Змей.
— Давай, скажи мне, чтобы я ушел. — Пальцы Змея сжали ее руку. — И что тогда? Будешь счастлива вернуться к своей роли деревенской ведьмы? Лечить стреляющие поясницы и прописывать зелья от ангины? Ты не будешь скучать по мне? Скучать по этому?
Косара хотела отвести взгляд, но не могла. Ее заворожил огонь в его глазах.
Пожатие его руки стало крепче.
— Я могу дать тебе больше, больше. Если только ты согласишься остаться здесь, со мной. Будь моей царицей…
Косара будто бы снова оказалась в ловушке одного из видений, неспособная сделать ни шагу. Ей хотелось, чтобы Невена снова пришла спасти ее, как тогда. Она не могла отвести взгляда от Змея, но, казалось, краем глаза она видела силуэт своей сестры, стоящей поодаль от монстров…
«Невена». Эта мысль ударила Косару прямо в грудь. Вот почему она чувствовала себя виноватой, целуя Змея. Он ведь убил ее сестру.
Неужели она действительно забыла?
Вина вернулась, как и ее гнев.
— Никогда, — пробормотала она сквозь зубы и с силой своих двенадцати теней резко потянула его магию на себя.
