У любой магии имелась цена, и немалая. Это правило жило на подкорке у всех черноградцев, а вот белоградцы ни черта в подобном не смыслили.
— Прошу тишины! — крикнул со сцены Антон. — Тишины, пожалуйста!
Постепенно разговоры стихли. Раздавались только визгливые вопли юды.
— Она прекрасна, не правда ли? — Подойдя к клетке, Антон потянулся сквозь прутья, чтобы коснуться головы юды, но, когда та зашипела и щелкнула зубами, быстро отстранился. — Диковата, пожалуй, но так ведь даже веселее, правда? Хозяин сможет лично ее укротить.
К горлу Асена подступала тошнота. Хоть это и наверняка был трюк, в клетке вместо настоящей юды все равно находился живой человек. Должно быть, Карайванов похитил некую женщину, а дальше — кто знает? Использовал извращенную комбинацию зелий и хирургии, чтобы создать эту пугающе убедительную маскировку.
— Итак, дорогие гости! — хлопнул в ладоши Антон. — Могу ли я услышать ваши начальные ставки?
Рядом с Асеном вскинул руку мужчина в меховой шапке из караконджула. Прожекторы, которые, вероятно, были зачарованы на отслеживание движений, повернулись в его сторону.
— Двести грошей! — крикнул Антон. — Да ладно вам, это же настоящая юда! Вещая птица из Чернограда! За такую не дашь меньше четырех сотен, не правда ли?
Прожекторы снова переместились, теперь на балкон, освещая мэра, которая размахивала лорнетом.
— Четыре сотни от дамы в красном! — объявил Антон.
Что мэр Белограда будет делать с юдой? Мария была известным коллекционером экзотических птиц, но ухаживать за попугаями в вольере — это одно, а искать пропитание для юды — совсем другое.
Не говоря уже о том, что юды гораздо ближе к людям, чем к попугаям. Все это казалось неправильным. Абсолютно неправильным.
Асен знал, что нельзя привлекать к себе внимание, но все же он не задумываясь поднял руку.
— Шестьсот от темноволосого господина в среднем ряду! — объявил Антон.
Посильная сумма. У Асена имелись сбережения. Зарплата поступала на его счет в банке каждый месяц, и Асен, много лет прослужив в полиции, редко позволял себе раскошелиться, разве что время от времени заказывал одежду у портного.
— Восемьсот от дамы в красном! — крикнул Антон. — Тысяча от человека в меховой шапке!
Вздыхая, Асен поднял руку. В клетке томилось живое существо. Не мог он его там бросить.
— Тысяча пятьсот! Две тысячи!
Следующая минута прошла как в тумане. Сумма продолжала расти, у Асена кружилась голова. Он и представить себе не мог столько денег.
— Пять тысяч от дамы в красном! — выкрикнул Антон.
Мэр взирала на Асена сквозь лорнет, подмигивая ему.
Таких денег у него не было. Даже если бы он выгреб все до гроша из своего банковского хранилища и продал все свое имущество.
Вздыхая, Асен опустил руку.
Антон поднял молоток:
— Раз, два…
Асен был уверен, что в этот момент юда глянула на Антона с презрением.
— Продано!
Косара снова уснула за рабочим столом. У нее сводило шею. Скатерть под ее лицом оказалась прохладной и влажной — вероятно, слюни натекли.
— Косара! — Это был голос Вилы, но что старая ведьма могла делать в доме Косары? — Косара, хорош бездельничать!
Косара медленно открыла один глаз, затем, чуть быстрее, другой. Выпрямилась на стуле. Лицо Вилы плавало в огромном хрустальном шаре на столе.
— Какого черта ты там? — спросила Косара, внезапно осознав, что спала в одном лишь пушистом халате с вышитыми ромашками и пятнами от супа из требухи.
Она сняла с лица что-то, прилипшее к щеке, — это оказалась игральная карта. Остальная часть колоды была разложена на столе перед ней. Косара уснула, пытаясь предсказать будущее.
— Не суть важно. — Розовый дым нежно овевал лицо Вилы, и ее лоб, поднесенный поближе к стеклу, когда она решила взглянуть на Косару, искривился. — Похоже, у нас проблема.
И тут Косара полностью очнулась.
— Какая? Еще одно убийство?
— Массовое. Я встретила Ибрагима, сына пекаря. Он рассказал мне о своем курятнике.
Косара было рассмеялась, не желая всерьез обсуждать чепуху, которую нес Ибрагим.
Но затем она присмотрелась к лицу Вилы и поняла: ситуация и впрямь серьезнее, чем казалось на первый взгляд.
Вздрогнув, Косара припомнила страницу из своего старого бестиария. Предвестник смерти и чумы. А вдруг это было связано с убийством Софии?
Нет, чепуха. Причиной гибели кур стало поветрие, вызванное чудовищем, а София была человеком, и, скорее всего, убил ее тоже человек. Не только монстры способны убивать. Люди и сами прекрасно с этим справляются.
— Вила, ты слышала о монстре под названием мратиняк? — спросила Косара.
— Слышала, хоть и давно. Что заставляет тебя думать, что здесь замешан мратиняк?
Косара колебалась. А и правда, что? В сцене, которую она обнаружила в курятнике Ибрагима, не было ничего сверхъестественного. Все куры мирно умерли во сне… Вот только петух выглядел так, будто боролся за жизнь, но с кем? С монстром? С собственной паникой?
Что-то было нечисто, поняла Косара. Что-то зацепилось в ее подсознании, унюханное среди куриного дерьма и гниющих кормов.
— Запах, — произнесла Косара. — В том курятнике несло магией.
