Совесть продолжала точить его еще долго. Гордеев не мог заглушить ее голос ничем – ни работой, ни алкоголем, ни общением. Конечно, оправдания, мысли о карьере, о благополучии собственном и благополучии семьи, о невозможности иного исхода событий слегка тушили пожар в душе, но это было ненадолго. Вскоре все начиналось заново, перемалывая сознание в труху. «Ты его предал! Предал коллегу, наставника, хорошего, порядочного человека, который доверял тебе во всем. Предал друга!»
На работе находиться было просто невозможно, и двухнедельный отпуск пришелся как нельзя кстати. Всей семьей на майские праздники слетали в Таиланд, где удалось чуть-чуть развеяться. Жене Виктор не стал рассказывать все в подробностях, но ощущалось, что Татьяна в целом ситуацию понимала. Поэтому она старалась по максимуму таскать мужа по курорту и не давать ему застояться. Неделя за границей пролетела быстро, оставшееся время Гордеевы потратили на театры и кино. По вечерам супруги устраивали небольшие посиделки, иногда звали гостей. С коллегами Виктор старался не встречаться, чтобы ничто не напоминало ему о службе раньше времени, а потому на работу вышел уже в совсем другом настроении, чем уходил.
В таможне все было по-прежнему. Приятным сюрпризом стало то, как Трунов обрадовался выходу Гордеева из отпуска.
– Ужас, как ты здесь работаешь, тут же сумасшедший дом.
Начальники смен постепенно прояснили ситуацию. Трунов разосрался со всеми – с перевозками, с погранцами, с авиакомпаниями, с турагентствами. Его непонятно откуда взявшийся гонор и элементарное отсутствие профессиональных знаний стало непреодолимым препятствием на пути выстраивания взаимоотношений.
– Я только начинаю что-то решать, – рассказывал Насонов, – а он приходит и лается. Выгоняет представителей, девчонок с перевозок недавно оскорбил, с грузчиками поцапался. Нашему молодняку выговоров насовал. Дебил дебилом.
Интересно было то, что Маслов, по сути притащивший Трунова с Городской таможни и видевший в нем когда-то проводника своих идей, фактически самоустранился от того, чтобы как-то помогать своему протеже. Остальных проблемы начальника отдела не волновали, тому же Медведеву это было вообще поровну – своих проблем навалом. Потому Трунова так осчастливил выход Гордеева.
– Давай, принимай дела, а я в отпуск схожу, у меня с того года еще недогулено…
Виктора такое положение дел не могло не порадовать. Слабость непосредственного начальника – потенциал для роста! И он с головой окунулся в работу. Самым сложным было помириться с пограничниками, и тут серьезно помог Медведев. Вот с кем бы Виктор хотел сойтись поближе! Но, увы, не получалось. Во-первых, у Медведева были свои головняки – Маслов своего первого зама откровенно недолюбливал, да и сам Медведев понимал, что только определенное влияние Гуськова на нынешнего шефа, слабеющее с каждым днем, сохраняет его на нынешнем месте. И как только появится вариант с переводом в одну, как говорили, из восточных таможен, он с радостью ухватится за эту возможность. А во-вторых, помогая в рабочих моментах, Медведев уклонялся от контактов в нерабочее время. Объяснить это можно было только одним: его дружеским расположением к Буянкину и Большову, и как следствие – информированностью Медведева об их отношениях с Гордеевым. Тут Виктор уже ничего не мог поделать. Оставалась надеяться, что вместо Медведева будет назначен толковый человек, а не обалдуй.
И еще Виктор постоянно думал о том, что будет, когда Трунов выйдет с отпуска. Насколько реально будет пошатнуть его позиции и – чем черт не шутит! – занять наконец-то место начальника отдела. Он долго ждал, когда, наконец, сдержит свое обещание Анатолий, и они при встрече обсудят эту тему. Через несколько дней раздался долгожданный звонок.
– Давай, подъезжай на старое место. – Голос «друга» был необычайно весел.
Стол был уже накрыт.
– Я банкую, – поздоровавшись, сказал Анатолий. – У меня есть повод, но об этом говорить не будем – нельзя. Просто выпьем и порадуемся. И для тебя есть хорошие вести.
В животе у Виктора заурчало по всем поводам сразу. Они выпили и закусили. Гордеев ждал, когда собеседник первым приоткроет завесу.
– Итак, о деле, – Анатолий откинулся на диванчике. – Скоро у вас в управлении пройдет совещание. Там будут, помимо прочего, обсуждаться перспективы работы аэропорта в ближайшие пять лет и… что-то там по полномочиям таможни в связи с этим. Открою тебе маленький секрет: аэропорт собираются покупать, идет это давно, от московских олигархов, и они это рано или поздно сделают. Ни губернатор, ни кто-то другой им здесь не помеха, вопрос только во времени. Поэтому сейчас решается, кто с кем будет дружить, и кто где будет руководить. Как ты понимаешь, даже проиграв войну за аэропорт, локальные битвы надо выиграть, везде расставив своих людей. Поэтому в это втянуты все силовые службы региона, так что подобные совещания идут везде.
– Глобально, – вставил Виктор. – Только мелковат я для всего этого, думаю.
– А ты не думай. Твоя задача – на этом совещании…
