Черные розы полностью

Я непроизвольно смотрю на реакцию Пайпер. На долю секунды у нее загораются глаза, а лицо озаряется. Но потом она столь же быстро опускает взгляд и грустно смотрит в стол. Я убеждаю себя, что она была рада увидеть мою дочь, но не очень рада видеть женщину, которая ее привела.

Я встаю из-за столика и иду поздороваться со своей девочкой, крепко ее обнимая.

Все остальные тоже приветствуют Хейли, восхищаются ее нарядным платьицем и прической. Почти все.

Наконец присутствие ее матери тоже замечают.

– Ой, привет, Кэссиди, – произносит Скайлар, чтобы не показаться невежливой.

– Привет! – отвечает та, внимательно оглядывая собравшихся за столом.

Заметив Пайпер, Кэссиди замирает как вкопанная. Если бы взглядом можно было убить, Пайпер бы сейчас упала лицом в свой недоеденный омлет с сыром. Кэссиди поднимает руку и указывает на Пайпер ужасно длинным наманикюренным ногтем:

– Ты. Это ты была на благотворительном вечере. – Она переводит взгляд на Бэйлор и Скайлар. – Я знала, что ты мне кого-то напоминаешь. Ты одна из них, так ведь? – со злостью спрашивает она. – Ты одна из сестер Митчелл.

– Кажется, вас друг другу не представили, – говорит Бэйлор. – Кэссиди, это Пайпер, наша младшая сестра.

Кэссиди фыркает и бормочет:

– Пайпер, Скайлар, Бэйлор… как мило, – не обращая ни малейшего внимания на родителей, которые дали им эти имена и которые сидят сейчас здесь с нами. – Это ты на той фотографии.

Пайпер, кажется, сбита с толку.

– Кэссиди однажды показала мне одну фотографию, – объясняет Бэйлор. – Она думала, что на фотографии я, но я сказала, что это моя младшая сестра.

– Очень интересно. – Кэссиди переводит взгляд с Пайпер на Бэйлор и обратно. – Вы почти могли бы сойти за близняшек. – Она пристально смотрит на Пайпер. – Конечно, при условии, что Белоснежка не пользовалась бы услугами дешевых парикмахерских.

Пайпер закатывает глаза и делает вид, что слова Кэссиди ее не задели, потом встает из-за стола.

– Извините, – произносит она, раздраженно хмуря брови. – Я заберу свою прическу, сделанную в дешевой парикмахерской, и свою дарованную богом грудь в туалет.

Я смотрю, как она уходит. Я очень хочу наорать на свою бывшую, но только не на глазах у нашей дочери.

– Хватит уже, Кэсс! Мы вообще-то обедаем. А ты сюда зачем пришла? – спрашиваю я.

– Я обещала Хейли, что мы сегодня возьмем еду из ресторана. Как выяснилось, она пристрастилась к куриным наггетсам, которые здесь подают.

Я улыбаюсь дочери:

– Тебе нравится ресторан «У Митчелла», солнышко? Вот умничка!

Хейли хлопает в ладоши:

– Миттел. Ням-ням!

Все сидящие за столом радостно смеются. Я опускаю Хейли на пол, и все присутствующие по очереди осыпают ее поцелуями. Все, кроме единственного человека, которого я бы хотел, чтобы Хейли полюбила.

Минди – официантка и подруга Скайлар – приходит с упакованным заказом Кэссиди. Она протягивает ей заказ и счет, потом садится на корточки, чтобы поздороваться с Хейли:

– Здравствуй, мисс Хейли. Как поживаешь? Какое у тебя красивое платье!

– Я какаю, – беспечно отвечает Хейли и тужится в подгузник.

Минди смеется:

– Я бы с радостью тебе помогла, солнышко, но я сегодня обслуживаю столики и думаю, что моим начальникам это не очень понравилось бы.

Кэссиди сует мне пакет с заказанной едой.

– Пойду ее подмою.

Она быстро уносит Хейли в туалет, оставив мне свой заказ и – как бы случайно – счет.

Я открываю кошелек и оплачиваю счет.

– Как Кэссиди это удается? – удивляется Минди. – Готова поклясться, что она умудряется каждый раз не платить сама!

– Хочешь сказать, что она выдрессировала мою дочь, чтобы та какала каждый раз, когда приносят счет? – смеюсь я.

– С нее станется, – отвечает Минди. – Но не думаю, что она настолько хорошо манипулирует людьми.

– Ну не знаю. По-моему, весьма неплохо.

Я начинаю вспоминать, сколько раз она манипулировала мной, и напрягаюсь всем телом, осознав, что она сейчас в туалете. Вместе с Пайпер. Вряд ли из этого выйдет что-нибудь хорошее. Я извиняюсь и направляюсь к туалетам. Не успев повернуть за угол, я слышу голос Кэссиди и останавливаюсь. Она, наверное, загнала Пайпер в угол.

– Что же такое есть в сестрах Митчелл? – спрашивает Кэссиди.

– Что именно ты имеешь в виду? – отвечает Пайпер.

– Вы все гоняетесь за богатыми и знаменитыми. Почему вы думаете, что вы лучше всех остальных?

– Во-первых, я ни за кем не гоняюсь, – отвечает Пайпер. – И ты ничего не знаешь про моих сестер, так что лучше заткнись на хр… просто заткнись.

Меня забавляет – и немного впечатляет, – что Пайпер выбирает выражения в присутствии Хейли.

– Мама, какать, – напоминает Хейли.