Едва не наступил на крысу, а когда сунулся в следующий проход, сверху упало нечто тяжелое, извивающееся. Шершавое сдавило горло, правое запястье сжало мертвой хваткой, в глазах начало темнеть.
Халльвард, пошатнулся, выхватил нож.
Клинок с хрустом вошел в нечто плотное, и кольцо на шее ослабело, а после второго удара начало сползать на плечи. В лицо брызнуло кровью, сумел разглядеть, что его пытается задушить громадная змея.
Третий раз Халльвард ткнул ножом уже прицельно, в голову твари.
Попал, подземелье огласилось раздраженным шипением, гадина попыталась сжаться еще раз. Но сил не хватило, и она тяжело шлепнулась на пол, ребра ее затрещали под сапогом наемника.
– Получи! – рявкнул он, нагибаясь и нанося удар змее в затылок.
Хвост, стискивавший правую руку, разжался, и тварь забилась в судорогах, катаясь от стены к стене. Через некоторое время она затихла, и слегка отдышавшийся Халльвард сумел осмотреть ее.
Толщиной в руку мужчины, без глаз, покрыта черной чешуей.
Возникла мысль ее освежевать и взять мясо с собой… змея вкуснее, чем крыса, да и больше. Но вспомнил, что тащить добычу не в чем, и пожалел времени на то, чтобы снимать шкуру.
Этот коридор закончился тупиком через пару дюжин шагов.
В следующем Халльвард тоже не прошел далеко, едва уловил, как под ногой что-то подалось, отпрыгнул назад. Над местом, где только что стоял, из казавшегося монолитным потолка выпала каменная глыба, с грохотом ударилась об пол.
Промедли хоть мгновение, от него осталась бы окровавленная лепешка.
Глыба через несколько мгновений бесшумно взлетела обратно, скрежетнуло, и потолок вновь стал целым.
– Отрыжка Ночного Филина, куда меня занесло? – спросил Халльвард.
Для ловушки это выглядело чересчур сложным… достаточно первого зала без выходов, чтобы попавший в него умер от жажды. Напоминало лабиринт вроде того, что, если верить байкам, находился в центре Овлейской пустыни.
Но кто спрятал нечто подобное под землю? И зачем?
В новом проходе он едва не провалился в замаскированную ловушку, зато другой тоннель привел наемника в очередной зал. Тут оказалось множество колонн из зеленого камня, и возникло ощущение, что попал в странный, темный лес.
Отсюда начинались новые проходы, правда, было их всего три.
Вступив в первый, Халльвард обнаружил, что шорох шагов порождает тут невероятно громкое эхо. А когда кашлянул, чуть не оглох от обрушившегося сверху рева, так что пришлось зажать уши.
Дальше шел тихо и очень медленно.
Увидев выступившего из полумрака человека с оружием, наемник вскинул меч, и незнакомец повторил это движение. Отступил на полшага, и то же самое сделал высокий, длиннорукий мужчина, точно такой же, как Халльвард… отражение?
Сделав пару шагов навстречу, наемник убедился, что это он: русая щетина на щеках и подбородке, старый шрам на скуле, и даже крыса на поясе болтается. Но вот разглядеть зеркало, создававшее удивительно четкую картинку, не сумел.
– Как так? – прошептал Халльвард, и со всех сторон заорали «Как так! Как так!!».
Попытался ударить мечом, чтобы разбить преграду, и пройти за нее, но металл лязгнул о металл, полетели искры. Глаза отражения стали серьезными, оно медленно повело клинком из стороны в сторону.
А потом исчезло, и обнаружилась сложенная из камней стена.
Халльвард ощупал ее, и сплюнул от досады… проклятые колдуны, набили все тут чарами. А когда вернулся в зал с колоннами, все вокруг закружилось, в ушах возник пульсирующий гул.
В следующий миг он лежал на полу, а в боку пылала боль.
Хворь, не напоминавшая о себе со вчерашнего дня, решила, что настал ее час.
Болезнь, занесенная в тело закаленным в Плоти Хаоса клинком, никуда не делась, а до священного источника Нож не дошел. Теперь для того, чтобы дойти, он должен выжить в подземном лабиринте… а для начала переждать очередной приступ.
1. Вторая. Паутина.
Вторую ночь в обществе Куницы и его дружков Нейли пропала спокойно, к ней никто не лез.
Но зато утром, едва она попыталась пофлиртовать с Охатом, чтобы как следует разжечь неприязнь между ним и Кринзой, ее немедленно одернули. Скакавший во главе маленького отряда эльф придержал лошадь, а когда поравнялся с девушкой и ее «поклонниками», то заговорил.
– О-хо-хо, не стоит этого делать, барышня, – голос Куницы звучал, как всегда, спокойно, но глаза были холоднее обычного.
– Чего именно? – Нейли захлопала ресницами, собираясь сыграть оскорбленную невинность… дочку мельника из «Деревенского фарса»… или нет, лучше девственницу Немазиду из «Безумца Аргаста».
Взгляд испуганной лани, прерывистое дыхание, чтобы грудь вздымалась…
На эльфа все эти уловки не подействовали, он даже не мигнул, и решительно сказал:
– Ты знаешь, о чем я говорю, и не притворяйся дурой. Вернее, дурочкой. Несомненно, ты можешь быть полезна нам, но в крайнем случае мы обойдемся и без тебя.
Нейли сделала вид, что все равно ничего не поняла, но флирт на всякий случай прекратила. Слово, данное Держателю Развилки, Куница, скорее всего, сдержит, но это не помешает ему попросту оставить строптивую «барышню» в дебрях – пусть отправляется, куда хочет.
