– Хренадо! – И все же сдаваться я не собирался. – Забудьте.
– Тобой, между прочим, до сих пор Патруль интересуется, – напомнил мне присевший на край стола Илья, которого немало забавляли эти препирательства.
– Это в счет вашего последнего проекта входило, – оскалился я и, прекрасно понимая, что скрывается за этой завуалированной угрозой, добавил: – Или мы начинаем разговаривать с позиции силы?
– И эксперты Гимназии с тобой по поводу сегодняшнего происшествия пообщаться хотят.
– Пусть приезжают – пообщаемся, – получив косвенное подтверждение, что силком и прямыми угрозами отправить на ту же Северную промзону меня в кабалу не гонят, воспрянул я духом. – Мне скрывать нечего.
– Генералов просил передать: выполнение твоей просьбы тоже от этого зависит, – напомнил мне про моего отбывающего заключение друга совершенно спокойный Доминик.
– Вы совсем оборзели, что ли? – уже не контролируя себя, шагнул я к нему, не обращая внимания на сместившегося мне за спину Мстислава. – Это в счет бумаг было!
– Можешь об этом Генералову сказать.
– Ах так? – начиная понимать, что моя позиция в этой ситуации не самая выигрышная, все же набычился я. – Да и подавитесь! Все равно ничего сейчас не можете сделать!
– В скором времени сможем, – напомнил мне Мстислав.
– Вот тогда и поговорим, – потер я непонятно с чего заломившие ребра. – И вообще – я что, похож на альтруиста, который за другого шею в петлю сует? Не на того напали.
– Перестань, – устало потер виски видевший людей насквозь Доминик. – Ты же сам знаешь, что согласишься…
– Не надо на понт брать, – попросил его я.
– Никто тебе за бесплатно работать не предлагает, – вновь подключился к разговору откровенно издевавшийся надо мной Илья. – Отец Доминик за тебя попросил – оформим официально, бляху выдадим, оружие по необходимости. На довольствие поставим, квартирой служебной обеспечим.
– С видом на Северную промзону? – Я закинул на плечо ремень подсумка. – Еще раз повторяю: нет!
– Ну как знаешь, – развел руками переглянувшийся с Домиником Илья. – Не хочешь, твое дело.
– До свидания. – Я направился к двери, и никто не попытался меня удержать. Ни в доме, ни во дворе. Даже калитку в заборе предупредительно распахнули. Неужели обошлось?
Остановившись за воротами, я вытер со лба пот и огляделся по сторонам. Темно. И снег опять пошел. Блин, в такую погоду хозяин собаку на улицу не выгонит, а мне еще до Кирилла по ночному Форту переть. И ладно, если тот дома и пустит переночевать, а то как бы на северную окраину топать не пришлось. Елки, вроде снег валит, а подмораживает – будь здоров. Что за погода такая?
Над головой жалобно скрипел раскачивавшийся под порывами ветра фонарь, который по неведомой прихоти сектантов освещал улицу, и от бегавшего по снегу луча мощной лампы сделалось как-то не по себе. Будто стоит отойти от забора, и мрак заснеженной ночи поглотит и растворит в себе без всякой надежды на обратное возвращение. Чушь какая-то, а неприятно…
Плюнув на оставшийся после беседы осадок – нет, какой же я все-таки молодец: наконец всех на хрен послал, – поднял воротник свитера, расправил шарф и зашагал в сторону Красного проспекта. Через дворы срежу – если на Южный бульвар выходить, слишком большой крюк получится.
Я только дошел до перекрестка, когда краем глаза приметил какое-то движение на противоположной стороне улицы. Резко развернулся и от неожиданности чуть не выронил выхваченный из кармана пистолет – извиваясь меж медленно падавших снежинок, ко мне скользили пятна первородной тьмы. От угольно-черных теней, казавшихся бездонными провалами глаз вырвавшейся из ледяного ада Стужи, так и веяло замораживающим кровь холодом, и невольно я попятился назад. Быстро завертел головой по сторонам и обомлел: сгустки тьмы приближались со всех сторон. Почти со всех. Вернуться к резиденции сектантов возможность пока оставалась. Пока.
Отбросив параноидальную мысль, что все это происки Доминика, я рванул назад. Вот только пустят ли меня обратно? Ладно, в крайнем случае – через забор перемахну. Выбора-то нет. Зубами, если что, цепляться буду.
На скорости медленно надвигавшейся тьмы мое бегство никоим образом не сказалось, но когда я прижался спиной к калитке и принялся со всей мочи лягать дверь, она в один момент оказалась совсем рядом. Мерно раскачивавшийся над головой фонарь чуть снизил накал жути, и появилась мысль приготовиться к обороне, понакрутив вокруг себя защитных щитов. Да нет, не прокатит: от одного вида обтекавших снежинки чернильных пятен становилось ясно – они смогут преодолеть любую выставленную мной магическую преграду. К тому же в колдовском зрении разлившаяся по улице непроницаемым покровом чернота казалась лишь полой плаща приближающегося владыки ночи.
