– А сразу чего психовать начал? – поднял с пола свою сумку Григорий. – Только время зря потеряли.
– Так понимаю, возражений нет? – уточнил я.
– Нет, – направился к выходу Линев. – Всем доброй ночи.
– Ага, спите спокойно, – раскланявшись с Домиником и Мстиславом, пошел вслед за ним и я. – И напомните Генералову о моей просьбе. А то сам как-нибудь заверну…
– Всенепременно, – успокоил меня Мстислав. – Как только, так сразу.
Григорий вышел на улицу последним, и мы залезли в промороженную насквозь «Ниву». Блин, так себе и пятую точку отморозить недолго! Еще и Илья снег со стекол сметает как-то очень уж не торопясь. Ему-то что – он двигается, а мы тут своим дыханием машину отогреваем.
Я уже собирался вылезти наружу, но закончивший махать щеткой Линев забрался внутрь и вставил ключ зажигания. Ладно, хоть стекла не замерзли, а то, пока бы он со скребком возился, мы б к сиденьям примерзли.
Как ни странно, завелась «Нива» с первой же попытки, хотя на улице мороз был градусов под тридцать. Ясно дело – без магии не обошлось.
– Куда сейчас? – Я настороженно поглядывал в медленно запотевающее лобовое стекло и вздрогнул, когда в свете автомобильных фар почудилось мельтешение угольно-черных теней. Но тени послушно расступались, спасаясь от дальнего света, и мои изрядно расшатанные последними событиями нервы немного успокоились. Да и с амулетом Мстислава, хоть в нем и на полкарата не было магической энергии, стало как-то спокойней. – В «Гавань»?
– Разбежался, – усмехнулся Илья, – в «Тополя».
– Да не очень-то и хотелось, – за ерничеством скрыл я свое разочарование от невозможности проредить алкогольные запасы Линева. – Может, расколетесь уже, чего от меня опять понадобилось?
Илья ненадолго задумался, но решил все же ответить:
– Да надо с парой колдунов разобраться. А ты у нас товарищ чароустойчивый, да и отец Доминик твой на перспективного молодого человека посоветовал внимание обратить.
– С колдунами? Не со Стрельцовым и Кузнецовым случайно? – с некоторой затаенной надеждой пошутил я. – А то я и задарма. Из любви к искусству, так сказать.
– В свое время все узнаешь. – Илья проехал мимо обнесенных новехоньким шлакоблочным забором двух девятиэтажных общаг Дружины – тех самых «Тополей» – и остановился у приткнувшейся к огороженной территории пятиэтажки. – Жить здесь будешь. Документы завтра оформим. Тогда же и задачу поставлю. К полудню в первое общежитие подтягивайся, скажешь – в общий отдел.
– Это что за хибара-то? – вылезая из машины, оглядел я дом, в котором не светилось ни одно окно.
– Третий «Тополь». В девятинах всем мест уже не хватает, – объяснил хлопнувший дверцей Григорий. – Пошли, заселяться будем.
Ну мы и пошли. Сама процедура заселения много времени не заняла: пришлось отметиться у коменданта, который, как хомяк, сидел в захламленной и тесной комнатенке. Комендант – грузный мужик лет пятидесяти – долго ворчал, когда Гриша выложил перед ним подписанное Линевым направление и выдал ключ от трехкомнатной квартиры только под честное слово Конопатого, что контрразведка обязательно подселит в счет своей квоты ко мне кого-нибудь еще.
Ну подселят и подселят. Хрен бы с ними.
Посоветовав забить на это обещание, Гриша побежал к дожидавшемуся его в машине Линеву. Я тяжело вздохнул и поплелся на третий этаж. Пол в подъезде был заляпан известкой, из стен торчали обрывки проводов, а два рабочих спорили, где лучше тянуть кабель сигнализации. Приставленный к ним дружинник мельком глянул на меня и широко зевнул.
Закрыв за собой дверь выделенной мне трехкомнатной квартиры, я первым делом проверил ее на наличие всяких неприятных сюрпризов. Для начала заглянул в ванную и туалет, потом на кухню, в большую комнату, спальню и детскую. Все чисто.
И даже мебель стоит. Света, правда, нет, зато тепло – и деревянные рамы заклеены на совесть, и батареи довольно теплые. Еще и вода есть. Ладно, так жить можно. Жратвы только ни крошки и ванну кто-то выломал, но это не смертельно. С голоду за ночь не умру, а будет день – будет пища. Утро вечера мудренее и все такое.
Чуть не отбив себе ногу об некстати подвернувшийся впотьмах стул, я подошел к балконной двери и с силой рванул на себя забитую фанерой дверь. Нет – и здесь порядок. Сугроб, правда, намело чуть ли не по пояс, но мне на это дело по большому счету наплевать. Только бы дверь нормально теперь закрыть, а то за ночь натянет снегу в комнату.
Наскоро вырезав на всех рамах финкой кресты и украсив подоконники несколькими защитными рунами, я прямо на пол скинул верхнюю одежду и застелил кровать немного отсыревшим бельем, найденным в шкафчике. Потом залез под одеяло и, только расслабившись, понял насколько устал. Но на сегодня хлопоты еще не закончены – надо о собственной безопасности побеспокоиться для начала. А то мало ли…
