– Опачки, что это у нас там такое? – Паршин вытащил руку из под стола, но на месте кисти была клетка. Причем ее прутья были выточены или вылиты в различные фигурки. – Не фига себе, – Паршин наигранно удивился. С выпученными глазами и вытянутым лицом посмотрел на клетку затем на Егора. В страхе Егор попятился к двери. Хищно лыбясь, Паршин медленно вылез из-за стола и двинулся к Егору, занося руку – клетку над головой. Клетка увеличивалась и скоро стала размером с человека. Егор развернулся и бросился прочь из кухни, но тут же наткнулся на Алексеева. Тот скалился и прожигал его взглядом. Хлоп. Клетка с лязгом опустилась на пол, заключив в свое просторное брюха Егора. Он разглядел, что фигурки вместо прутьев это его подопечные: Сивков, Богдан, Жанна Евгеньевна, Стелла Аркадьевна, Кокушкин с матерью, Хазин и Коптевы. Они все в животном страхе косились на Егора проткнутые прутьями, а в это время над клеткой нависали два чудовища, скалились и разговаривали тягучими басами, словно слова резиной вязли у них на зубах.
В ужасе Егор проснулся. Тело взмокло, он чувствовал жар и неприятное влажное одеяло. В комнате было душно. Он хотел встать и выключить обогреватель, но сразу не смог. Тело не слушалось. Спустя пять минут, наконец, он заставил себя подняться. Прошел на кухню и прежде, чем щелкнуть выключателем, прислушался. Вспыхнул свет. Еще некоторое время он стоял на пороге и осматривал комнату. Никакого Паршина там не было, как и отпечатков его следов, линолеум блестел чистотой. Егор переступил через порог, прошел к столу и взял сигареты. Присутствие Паршина все еще ощущалось. Егор выбил из пачки одну и поднес к губам. Рука мелко подрагивала. Страх блуждал внутри тела свободным зарядом, постепенно терял мощность. Выпуская очередную струю дыма, Егор думал о сне. Теперь вместо одной старухи призраков стало девять.
Остатки ночи он провел перед телевизором, то проваливаясь, то плавая где-то на поверхности зыбкого сна. Встав по привычке раньше будильника, кипятил чайник и думал о клетке. С железными прутьями она стояла в центре. Все кошмары были связаны с ней. Егор вспомнил, что видел клетки у Паршина в холодной комнате, у Сивкова с крысой на подоконнике, у Жанны есть канарейка, у Коптевых попугаи. Не зная чтобы это значило, Егор позавтракал и ушел в контору.
Ему повезло не встретиться с Червяковым и с Марковной. Он обрадовался, что на его вопрос, где Паршин, Татьяна Михайловна ответила, что еще не приходил. Зато была Варя, которая стояла у шкафа с документацией и вытаскивала папки с бумагами. Она иногда заглядывала в соцслужбу для выполнения разовых поручений.
– Привет, Варь, – Егор махнул ей рукой.
– Здравствуй, – девушка улыбнулась.
– Ты сегодня к кому? – спросил Егор.
– Сегодня я канцелярская крыса и, кажется, целый день буду разбирать бумажки.
Женщины за соседним столом замолчали и оглянулись на Варю. Она сконфуженно улыбнулась и отвернулась к шкафу, сосредоточившись на работе. Неловкое молчание в комнате постепенно вновь наполнилось голосами. Варя быстро посмотрела на сплетниц, затем повернулась к Егору.
– А ты куда?
– Сначала к Жанне Евгеньевне, потом к Модесту Павловичу и на закуску ангелочки Коптевы. Потом на почту еще и в аптеку.
– М-м-м, – Варя кивнула. Разговор не клеился.
– Ну, тогда ладно, я поскакал, – нарушил Егор неловкое молчание, обернулся на женщин, скорчил физиономию и показал их затылкам язык.
Варвара улыбнулась.
Он вышел на улицу и быстрым шагом пошел вдоль здания, намереваясь поскорее скрыться от начальничков. Благополучно достиг края стены и юркнул за угол. Несмотря, на грязь, липнувшую к подошвам, Егор не стал возвращаться на асфальт и пошел через двор. Сквозь серые тучи проглядывало мутное солнце, словно на него смотришь через бутылку с грязной водой.
Егор достал телефон, набрал номер Жанны Евгеньевны.
– Алло, – после пятого гудка в трубке послышался сухой дребезжащий голос.
– Жанна Евгеньевна, здравствуйте! Жутко извиняюсь, если вам что-то нужно кроме груздей и молока, я вам это принесу. Вчера плохо себя чувствовал…
В трубке слышалось лишь тяжелое дыхание.
– И поэтому не успел, вернее не смог, а сейчас еще все закрыто. Если хотите, зайду после двенадцати и принесу ваш заказ. А пока навещу больного старичка.
– В двенадцать и не забудьте квитанцию, – прозвучало в трубке менторским тоном и связь разорвалась.
– Стерва, – прошипел Егор и сунул телефон в карман.
Прежде чем навестить больного старичка, Модеста Павловича, Егор зашел в магазин и купил по списку продукты, а помимо, бутылку «забайкальской», на оставшуюся мелочь купил себе пачку «кэмэла».
Едва Егор стукнул согнутым пальцем о железную накладку на замочной скважине, как сразу же щелкнул замок и дверь распахнулась.
– Ну, наконец-то, голубчик.
