– Я в первый раз тебя вижу! Клянусь!
– Верно, – ухмыльнулся Палач. – Мы знакомы заочно. Впрочем, какая разница? Тебя это не спасет. Ты сам пришел ко мне! Сам… Грехи привели тебя туда, где ждет расплата. Иначе не бывает! Проси прощения у всех, кто из-за тебя пострадал…
Психолог не видел его ухмылки, он ее чувствовал.
– Ну же! – процедил Палач. – Молись своему богу!
– Я атеист…
– Тем лучше. Можно приступать?
В его руках появился острый тесак, предназначение которого Черкасов угадал без труда.
– Ты… убьешь меня?
– Это мое ремесло. Я тот, кто исполняет приговор…
– Я не приговаривал себя к смерти! – взвизгнул психолог. – Наоборот!.. Я ищу способ жить вечно…
– Смерть подскажет тебе этот способ, – захохотал Палач. – Спроси у нее! Ты ведь за этим сюда явился?..
Тесак вспыхнул молнией и коснулся Черкасова раньше, чем тот успел сообразить, что происходит. Брызнула кровь. Психолог упал сначала на колени, потом ничком на пыльные камни…
Ренат проснулся, поднял голову и увидел, что сидит за столом перед планшетом. Спина затекла, шея болит, на душе муторно.
– Лара! – позвал он.
В квартире было тихо, пахло ароматическими палочками. Лариса жгла их постоянно. Вся мебель и текстиль пропитались запахами бергамота и жасмина.
– Лара! Ты дома?
Ренат встал и с хрустом потянулся. Он понял, что Лариса ушла. Не трудно догадаться, куда…
Он схватил телефон, набрал номер Мими, но та не отвечала. Вероятно, ее сотовый разрядился. Картинки с участием обеих женщин замелькали в сознании Рената. Лариса взяла такси… Куда ей так срочно приспичило? Вот она едет по городу… вот к ней в машину садится бывшая секретарша Нартова.
– О, нет!
Ренат позвонил Ларисе, и ее мобильник отозвался… в соседней комнате.
– Проклятие! Она нарочно оставила телефон дома! Чтобы я не мешал!.. Чему я могу помешать?
Он плюхнулся в кресло, закрыл глаза и сосредоточился. Его внимание «прыгало» от Ларисы к Мими и обратно. Танцовщица Зейнаб кружилась в бешеной ритуальной пляске. «Черный байкер» мчался на своем мотоцикле по сумрачным московским улицам. В темных каменных коридорах пылали факелы…
Великий Могол Аурангзеб восседал на золотом троне. Под сводами храма мужской голос заунывно читал молитву…
– О чем это говорит мне? – лихорадочно бормотал Ренат. – Что я должен понять?
Красавица Зейнаб лежала истерзанная и обнаженная на персидском ковре ручной работы… она не дышала…
Палач из личной стражи императора скрылся за потайной дверью. Он что-то прятал под кафтаном…
– Аурангзеб! – произнес Ренат, вслушиваясь в непривычное имя могольского властителя. – Аурангзеб… влюбленный в танцовщицу Зейнаб!.. Ее ранняя смерть оборвала этот роман…
Он явственно ощутил чудовищный страх, которым были пропитаны роскошные покои восточных владык. Гибель таилась повсюду: в парчовых драпировках, в драгоценных кубках с вином, в постелях прелестных наложниц…
Рената прошиб пот. Он подумал, что немыслимые почести и безграничная власть имеют обратную сторону, как и всё в этом бренном мире. Трон сродни наркотику. Опьяненный собственным могуществом, государь слишком близок к смерти, чтобы не слышать ее шепота. Этот шепот сопровождал владыку даже во сне…
Где он мог забыться? В любовных объятиях искушенных красавиц… либо в жестоком бою. Не оттого ли Великие Моголы воевали и влюблялись, влюблялись и воевали? А смерть сопровождала их, словно незримый попутчик. Они ощущали ее в каждом глотке воздуха, в каждом миге блаженства…
Могли ли правители смириться с неизбежностью конца? Власть и золото не так-то легко выпустить из рук. Тем более, когда тебе всё подвластно. Всё, кроме смерти…
Мысли Рената обрывались. Он искал продолжения и натыкался на незримое препятствие. Кто или что противостояло ему? Древнеиндийская магия? Любовное колдовство? Изощренная азиатская хитрость? Современный искусственный интеллект, который в любой момент может осознать себя, обратиться в монстра и вступить в схватку со своим создателем?
Истина кроется где-то посередине, содержит элементы всего перечисленного, складывает их в мистический узор, соединяет в непостижимый символ…
– Выйдите, пожалуйста, из машины, – попросила Лариса. – Ненадолго. Нам нужно поговорить.
– Здесь неподалеку есть кафе, – сказал таксист. – Я подвезу вас туда, и разговаривайте, сколько хотите.
– В машине удобнее.
– У меня работа. Я не могу стоять.
– Какая вам разница, за что получать деньги? Я плачу, вы ждете в сторонке. Ключ зажигания можете взять с собой. Мы не угонщицы.
Таксист вопросительно взглянул на молодую женщину, которая сидела рядом с ним. Та заметно волновалась, но хранила молчание.
– Мы уложимся в четверть часа, – с этими словами Лариса протянула ему деньги.
Водитель колебался. Крупная купюра склонила чашу весов в пользу пассажирки.
– Ладно, только не дольше, – он посмотрел на часы, засекая время. – Я схожу в магазин за сигаретами.
– Спасибо.
