Первый уровень башни представлял собой круглое помещение с огромным пылающим камином посередине. Ночью в горах становилось прохладно и огонь приятно согревал тело. Перед камином стоял длинный стол с остатками ужина и лавки, а еще на шампуре жарилось мясо.
Башню в свое время сложили из камней и стены ее поэтому состояли из неровных серых плит крупной кладки. У стен стояли сундуки, ящики и бочки. Похоже, что разбойники устроили здесь столовую.
Алекс взял вправо, обходя комнату по большой дуге, оставаясь в тени. Он подумывал заглянуть в сундуки, но в любое время сюда могли вернуться разбойники. Да и что ценного можно найти в сундуках, стоявших в столовой?
Снаружи слышались крики бандитов, отчаянно сражающихся с животными. Алекс едва заметно улыбнулся. Даже обычным таким нападением с использованием грызунов и пауков он уже нанес противникам урон. Ничего, это только начало, в дальнейшем он уготовил для них другие сюрпризы.
Подойдя к большому проему, ведущему в соседнее помещение, Алекс осторожно выглянул из-за выступа. Соседнее помещение тоже оказалось без углов, это была центральная комната, связующая с другими. В помещении имелись выходы сразу к четырем небольшим комнатам. А напротив проема, в котором стоял Алекс виднелся другой проход, он вел к крутому подъему без ступенек на следующий уровень башни. Вот туда-то вору и нужно было попасть.
Оглядевшись и не заметив в помещении ни одной живой души, Алекс побежал через центральную комнату к выходу на второй этаж башни. Он добежал до середины, радуясь, что так удачно придумал с атакой животных и отвлек на них все силы, когда его пригвоздил к месту строгий оклик:
— Стоять!
Проклиная свою торопливость, Алекс остановился и замер, как вкопанный. Рука потянулась к кинжалу на поясе. Этот кинжал, украденный у Баллатона, тщательно осмотрел Вохбат.
— Очень хорошая вещь, — сказал он, возвратив затем оружие Алексу. — У кинжала есть магическое свойство: при ударе он вызывает у объекта необъяснимый страх на целых десять секунд. Твой противник убежит куда подальше, а ты сможешь продолжить свой путь. Незаменимое оружие против диких животных и разбойников. А вот маги и знающие люди могут иметь магическую защиту против устрашающего эффекта.
Вохбат порекомендовал как-нибудь наречь оружие и Алекс назвал клинок кинжалом Панического укола. А еще помощник отшельника сказал, что волшебное свойство можно увеличить по времени и силе воздействия, но для этого надо найти кузнеца, обладающего навыками улучшения магического оружия.
— Я сказал тебе, стоять! — продолжал кричать голос. — Пьяная скотина, тебя ведь предупреждали, чтобы это не повторялось!
В ответ раздалось неразборчивое бормотание, подобное тем, что издают лица в состоянии сильного алкогольного опьянения, пойманные патрулем ДПС за рулем машины.
Эти таинственные звуки доносились из соседнего помещения, оставшегося справа и сзади. Поняв, наконец, что обращались не к нему, Алекс сразу же отскочил в тень у стены и оказался как раз рядом с комнатой, где продолжали общаться обитатели башни.
— Ну, что прикажешь с тобой делать, урод? — продолжал настойчиво допрашивать строгий голос. — Это у нас уже какое по счету нарушение? Подожди, дай-ка вспомнить. На праздник Красной Жатвы ты напился на карауле, упал со стены и сломал ногу. На день Равноденствия ты уснул в свинарнике. Неделю назад возмутительное происшествие со статуей Тиаму. Ты понимаешь, что мое терпение на исходе? Мне доложить о твоих проделках Хоркалофу?
Его товарищ снова забормотал что-то бессвязное. Алексу нужно было пройти через их комнату, чтобы пробраться к лестнице. Он осторожно заглянул в комнату и увидел спальное помещение, заставленное деревянными кроватями. Возле одной стоял, покачиваясь, человек с опухшим лицом и держался за стойку кровати, чтобы не упасть. Над ним, заложив лапы за спину, навис волколак в позолоченных доспехах.
Первый раз Алекс видел, чтобы разбойника отчитывали за пьянство. Видимо, главарь головорезов и вправду ввел в отряде железную дисциплину. Волколак стоял к проему спиной и Алекс решил проскользнуть мимо. Но стоило ему показаться в проеме, как его заметил пьяненький мужичок и, выпучив глаза, снова что-то невнятно забубнил.
— Как же ты меня достал, Корк! — с дельным сожалением сказал командир, качая лохматой головой. — Ты понимаешь, что тебя терпят в отряде только потому, что твой дядя, не чета тебе, когда-то спас жизнь Хоркалофу? Твой дядя, да примет великий Аркан его душу, был, в отличие от тебя, настоящим воином и не боялся лить кровь. Ты знаешь, что он плюнул в лицо своему палачу, когда ему собирались отрубить голову? А ты, когда мы брали обоз из Силурии, не смог даже зарубить пятилетнюю девочку! Как ты можешь после этого называться истинным членом Сумрачного отряда?
Пьяный Корк усердно пытался сказать, что в проеме крадется незнакомый черный тигроид, но не мог даже поднять руку, боясь грохнуться на пол. Наконец, его командир заподозрил неладное и обернулся. Но Алекс уже успел пересечь помещение и очутился в ведущем наверх коридоре, куда и стремился.
