Интерьер квартиры отличался великолепным вкусом, каждая комната была пропитана любовью к живописи и книгам, но в то же время все вокруг источало ощущение временности, словно хозяйка не хотела делать это место по-настоящему своим, в ожидании неизбежного переезда.
– Мы можем все это проверить. Если квартира съемная – сколько времени она здесь прожила…
– Не думаю, что удастся многое выяснить: на ее имя нет ничего, никакого прошлого в документах, никакого присутствия в интернете, – поспешил возразить я.
Приехала бригада «скорой помощи», и квартира стала заполняться людьми, которые должны были подготовить все для отправки тела. Я решил остаться до конца, чтобы все увидеть. Мне подумалось, что сын должен быть рядом с матерью, пускай даже в таких обстоятельствах, после ее смерти.
С ощущением какой-то ирреальности происходящего я смотрел на эту лежащую статую, в которую превратилась моя мама, и думал о том, что это была самая жуткая встреча матери с сыном, какую только можно было себе представить. Леденящая кровь встреча. Ужасный конец поисков, убивший надежду на чудо.
Мне было невыносимо смотреть, как застегивали молнию на патологоанатомическом мешке, где лежало ее тело.
В конце концов пришло время уходить из квартиры, но к этому моменту я успел сделать все, что считал нужным. Хотя Менсия ни на мгновение не упускала меня из виду, я обошел все комнаты и заметил, что везде имелись картины с изображением Персеид. Они были повсюду: и на буфете в кухне, и в гостиной. Завораживающее темно-синее небо, пронизанное вспышками падающих звезд. Я подошел к каждой из этих картин, чтобы рассмотреть их поближе: ни на одной из них не было подписи. Анонимные «Персеиды».
Мне, как сыну, хотелось верить, что это было не случайно: Итака навязчиво рисовала «слезы святого Лоренсо». Этот звездопад, особенно ярко проявляющийся на небе двенадцатого августа, в день моего рождения.
Проходят месяцы: дон Касто настолько заваливает тебя работой, что ты дни напролет проводишь в подвале его особняка, занимаясь подделкой часословов.
В своих запросах он совершенно не знает меры, словно в каком-то лихорадочном состоянии. Ты всегда узнаешь в нем то удовлетворение мошенника, удачно провернувшего свое дельце, каждый раз, когда он возвращается из Биаррица, Нью-Йорка и Лондона.
Ты задаешься вопросом: насколько вообще рентабельна его фабрика игральных карт, не является ли на самом деле мыльным пузырем финансовое благополучие его семьи? И не ты ли стала теперь главным источником его доходов?
Когда дон Касто отправляется днем пить свой кофе с молоком в «Сиркуло Виториано», а Диего еще не вернулся с фабрики, ты тайком проникаешь в его кабинет и изучаешь бумаги.
Тебе много раз доводилось изучать документы в кабинете матери Магдалены, и ты видишь, что, по сути, тебе все знакомо: платежные ведомости, контракты с обслуживающими компаниями, счета за материалы, ремонт, налоги. У тебя хорошо наметан глаз, чтобы заметить двойную бухгалтерию. Фабрика процветала под управлением отца Диего, но в остальное время – как до, так и после – предприятию едва удавалось сводить концы с концами. И теперь, очевидно, именно благодаря тебе поддерживался его положительный баланс. С тех пор как ты начала работать на дона Касто, твоего будущего дедушку, в документах то и дело фигурируют какие-то новые денежные поступления неясного происхождения – якобы от каких-то новых клиентов, чье существование вызывает у тебя большие сомнения.
Совсем не о такой жизни ты мечтала, когда покидала Веракрус. Ты вновь оказалась заперта в подвале, наедине со старинными рукописями, всего в нескольких сотнях метрах от твоей прежней тюрьмы. Ты не видела в своей жизни ничего, кроме того немногого, что показало тебе семейство Оливьер, и через несколько месяцев вся эта ситуация становится для тебя удушающей.
И конечно же, тебе страшно: эти завуалированные угрозы дона Касто… и история, рассказанная тебе сестрой Акилиной о ее отце, убитом в тюрьме… И из головы у тебя не выходит первый закон Эгерий, которым ты обязана руководствоваться: «Тебя никогда не должны поймать».
Однако ты продолжаешь заниматься своей преступной работой и с каждым днем все глубже копаешь себе яму. Твоя единственная надежда – то, что дон Касто не вечен и его здоровье рано или поздно начнет его подводить.
Диего, похоже, ничего не подозревает о темных делах своего дедушки. Под его подчеркнутой уверенностью в себе скрывается просто юноша с большим грузом ответственности на плечах, готовящийся стать достойным наследником и продолжать успешный бизнес своей семьи.
Время от времени, когда дон Касто возвращается домой в приподнятом настроении после продажи какой-нибудь особенно смелой подделки, ты отваживаешься в очередной раз попытать удачу.
– Мне хочется взглянуть на «Черный часослов», дедушка, – просишь ты, стоя перед его столом в своем белом халате, запачканном анилиновыми красками.
– Пока ты еще этого не заслужила. Ты должна стать по-настоящему частью нашей семьи, а для этого нужно хорошенько поработать…
