Зашёл во двор. А вот и нужный заброшенный гараж. Яма с бетонным полом метра два глубиной. Её дно фальшивое. Там люк, ведущий ещё ниже. А за люком — устроенная прежним хозяином нычка (интересно, что из незаконных ещё в том прежнем мире вещей он тут хранил?). Тайная комната с низким потолком, земляными стенами и скользким дощатым полом. Три деревянные балки поддерживали давящий свод тесного помещения над его головой. Будет очень глупо, если его тут завалит. Но место удобное. Хоть оно и называется портом, его не используют с Войны, и тут только ржавеют несколько сотен исполинов-кораблей. Все они сели на мель, сдвинуть их невозможно. Можно пройти по ним, как по мосту, если добраться до ближайшего на лодке… только этот мост никуда не ведёт, всего лишь в Залив. Конец его теряется в тумане. Ржавые и рассыпающиеся, все корабли давно обследованы старателями. Первая мысль была сделать тайник в трюме одного из них. Но настолько безбашенным даже он не был.
Люк защищён хорошим замком. И ещё ловушкой, которая должна покалечить пальцы тому, кто попытается замок сломать. Сашу научил этому один механик-самородок. Уж если кто-то оставит его без заначки, так пусть останется без рук.
Там у него хранилось оружие, которое он боялся доверять арендуемому сараю или наполовину чужим квартирам: два пистолета, винтовка «Ремингтон» и кое-какие ценные товары.
Надо распотрошить тайник. И распродать всё, что есть. Кроме стволов, понятное дело. С тачкой он сюда не сунется, могут заметить. Придётся выносить в рюкзаке. Несколько ходок понадобится. Распродать половину по лавкам, половину на рынке. Благо, контакты все у него записаны, и его хорошо знают. Вещи не то чтобы незаконные на Острове... но магнаты предпочитают сами торговать всем, что стоит денег.
Это не «дурь» («дурью» магнаты тоже промышляют сами, хоть это и не афишируется). Нет, это всего лишь кое-какие химикаты-ингредиенты, для него бесполезные. Но чуваки с рынка смогут их перепродать химикам вдвое дороже. А уже те или лекарства из них сделают, или что-то другое… это не его дело. Больше, кроме Острова, поблизости и мест не было, где это сырьё могло понадобиться. Металлургия и хоть какая-то химическая промышленность были только здесь.
Забавно, что иногда от чтения книжек есть какой-то прок, кроме засорения мозгов. Хотя больше ноу-хау ему подсказал Денисов. Например, рассказал, где можно найти платину и молибден.
Какое-то смутное чувство давно подсказывало Сашке, что пора конвертировать всё неликвидное в ликвидное, а всё тяжёлое — в то, что можно нести на себе. Сбыть всё, что можно, и перевести в деньги. А их положить у ростовщика под проценты. И даже если он почти решил остаться здесь, всегда лучше иметь заначку.
Иногда какая-то шальная мысль зудела в голове и говорила, что надо сделать совсем иначе. Избавиться и от вещей, и от «питерок», купить лучшее снаряжение и запасы и оставить только то, что можно унести с собой.
Ну, нет. Это называется — «шило в одном месте». Дурь, которую пора забыть.
Была у Саши винтовка, «Вепрь», с которой он пришёл ещё с юга, из Подмосковья. Которую держал как оружие скорее для самозащиты, чем для охоты. С ней и поступил на службу. Но хранилась она не здесь, а в запирающемся несгораемом шкафу — сейфе на опорном пункте «котов». Таков закон. Типа только там оно будет в безопасности. Но «Вепрь» похуже будет, чем «Ремингтон».
Сделав ревизию своих накоплений, Данилов понял, что кое-что скопил, хотя мог бы и побольше. Последнее время он тратил существенно больше, чем когда жил один.
Жилья своего у него пока не было, только закреплённая за ним койка в казарме. Даже эта квартира в общежитии была не его, а Анжелы. Кстати, похоже, папаша сильно против её замужества за чужаком-нищебродом. Видимо, имеет на примете кандидатуру получше. А она… Саша видел, что если у неё и есть собственное мнение, то она легко может его изменить.
Но жильё — не проблема. Если прогонит, легко найти другую комнату и отремонтировать её. Плохо, что никак не получалось скопить «стартовый капитал». Хотя он уже по опыту знал, что буржуем ему не быть, но всё равно хотелось.
Уже возвращаясь с нагруженным рюкзаком, в этом необитаемом районе Данилов неожиданно оказался рядом с каким-то зданием, которое показалось смутно знакомым.
Так это же тот храм, который ликвидировали. «Церковь Экуменистов» − гласила вывеска, на которой кто-то написал матерное слово. Саша кое-что слышал о них. Слышал, что они пропагандировали религию, освобождённую от внешних ритуалов. «Вера разума». Они её так называли. Вроде бы раньше магнаты их терпели в городе, но потом те попали в немилость, и монахов-книгочеев выгнали взашей. И даже книжки забрать не дали. Впрочем, большинство из них потом всё равно пошли или на растопку, или на помойку.
