- Ну-ну, - недоверчиво протянул Крутин. - Это в комнате отдыха на вокзале, что ли? Забудьте. Там постоянно ходит милицейский патруль, а нам сейчас не стоит попадаться милиции на глаза. Кто знает, может, им уже дали на нас ориентировку как на преступников?
- Мне кажется, вы несколько преувеличиваете. Хотя в любом случае мы с вами пойдем не туда.
Войцех Казимирович стоял, выжидательно глядя на Сергея. Тот отправил в рот остатки последнего хот-дога, вытер губы бумажной салфеткой и запил кока-колой,
- Давайте, показывайте свой запасной аэродром. Только знаете что? Пойдем в обход, а не через вокзал.
- А нам и не нужно через вокзал. Это здесь, - Войцех Казимирович показал палкой в сторону железнодорожных путей.
Сергей вынул пачку "Бонда", достал из нее долгожданную сигарету, щелкнул зажигалкой и с наслаждением затянулся. Ему показалось, что этого момента он ждал целую вечность. Старик кивком указал направление, и они тронулись в путь.
- Войцех Казимирович, а вас дома не хватятся? - спросил Крутин, когда они шли в дальний конец платформы, чтобы спуститься вниз, к рельсам.
- У меня никого нет, - старик не сбавлял шага, выстукивая тростью по бетонному покрытию. Ветер развевал его волнистые седые волосы и полы длинного черного пальто. В этот момент он показался Сергею похожим на... Крутин с удивлением заметил, что не может подобрать нужного определения. На ангела? На дьявола? В нем было что-то от того и другого. "Воин-одиночка", - внезапно подумалось ему. Классический герой американского вестерна. Забавно, воин-одиночка на самом деле - обычный завхоз заштатного детского интерната.
Они подошли к краю платформы и стали спускаться вниз, туда, где тускло отсвечивали железнодорожные рельсы.
БОМЖ. НИЧТО НЕ УТОМЛЯЕТ ТАК, КАК БЕСПЛОДНЫЕ СПОРЫ
- А если вас завтра бросятся искать на работе? - спросил Сергей, осторожно шагая следом за Профессором по выщербленным ступенькам.
- Не бросятся. Директор дал мне три дня на работу по поездам.
- Ничего себе. Бред какой-то. Уж кому-кому, а вам должны были бы выделять средства в первую очередь.
- Наше государство не делает многого из того, что должно было бы делать в первую очередь.
- Да, - сказал Сергей. - И наоборот.
- Что, простите?
- Я имею в виду, что многие поступки наших политиков не должны были совершаться нигде и ни при каких обстоятельствах.
- Это верно. Но, к сожалению, мы с вами, Сережа, живем именно в этой стране и с этими людьми.
- Да, Войцех Казимирович, но это ведь не значит, что мы должны мириться с ними и послушно закрывать глаза, когда нам скажут.
- А вы считаете, мы в силах что-нибудь изменить?
- Конечно. Каждый человек может что-то изменить, и зачастую очень даже многое.
Профессор только покачал головой. У парня действительно что-то сломалось в мозгах. Странности в его поведении настораживали старика с самого начала. А этот рассказ о секретной Конторе, которая убивает людей и прячет их на дне городской канализации? Это же полная чепуха. Спору нет, в подвале бойлерной еще и не такое услышишь, но для "вокзальных" это естественно. Многие из них страдают психическими отклонениями. А этот парень выдумывает масштабно, с размахом. Интересно, с чего у него такие галлюцинации? Он не наркоман, это точно. "Подсевших" Войцех Казимирович различал довольно неплохо. Может, у него какая-то травма? После черепных повреждений случаются такие сбои в психике, что человек меняется очень сильно. Просто другая личность возникает. Профессор вспомнил Витю Сологуба из той своей, "первой" жизни. Витя был здоровым парнем, метр восемьдесят, в плечах шире любых двух худосочных интеллигентов, если тех поставить рядом. Никогда никого и ничего не боялся. А вот попал под машину, да так, что чудом остался жив. И с тех пор из человека превратился в желе. Боялся всего и всех. Поминутно разражался слезами. А через дорогу мог перейти, только если кто-то держал его за руку. Вот так.
Профессор еще раз взглянул на Сергея, который шел за ним, сосредоточенно глядя под ноги, чтобы не споткнуться о шпалу.
Перейдя через пути, они выбрались на тропинку, посыпанную мелким гравием, которая вела к первому складу. Складское помещение было уже давно закрыто. Сейчас тут полагалось находиться сторожу, но никого похожего поблизости не наблюдалось. Сторожами здесь подрабатывали молодые ребята, и большую часть времени они предпочитали проводить в будке путейных обходчиц шагах в тридцати отсюда.
Войцех Казимирович повернул за угол склада и остановился, поджидая замешкавшегося Сергея.
- Вот и наш дом, - сказал он ему, указывая тростью на видневшийся невдалеке вагон Зоей.
- Что это?
- Гостиница.
- Гостиница?!
- Не волнуйтесь. Регистрироваться здесь необязательно. Хотя формально вы должны предъявить паспорт, но можно обойтись и без этого.
Профессор собрался было идти вперед, но Сергей дернул его сзади за рукав:
- Подождите. Вы давно знаете о ней?
- Давно.
Войцех Казимирович не стал объяснять, что вот уже довольно долгое время этот вагон был его домом.
- Что-то мне не нравится, - сказал Сергей, с сомнением покачивая головой. - Может, поищем другое место?
