Она тоже ест. Продолжает расхваливать слегка пережаренный омлет и не сводит глаз с отца. Вика улыбается и всеми силами пытается поделиться своим хоть и поддельным, но хорошим настроением.
Она говорит, что хочет позвать Шампа в дом.
– Можно я его впущу?
Вика рассчитывает, что ее пушистому четвероногому другу удастся своим неуклюжим видом заставить папу если не улыбнуться, так хотя бы немного отвлечься от своих мрачных мыслей.
– Я не против, – отвечает отец.
Он безразлично смотрит в окно. Он, похоже, даже не услышал, о чем спросила его дочь. Его мысли сейчас где-то далеко, где-то в другом мире.
Детям никогда не позволяли пускать собаку в дом. Что-то изменилось. Что-то с отцом происходит.
Вика выходит во двор.
– Шамп! Пошли к нам! – подзывает девушка пса. – Будем вместе завтракать. Шампи, ко мне!
Собаки нигде не видно.
Вика несколько раз позвала любимца, но Шамп не отозвался. Пес, похоже, сидит в будке. Он почему-то не выходит на голос хозяйки.
– Не заставляй меня идти за тобой! – кричит Вика и обувает сапоги.
Девушка идет к конуре и продолжает звать пса.
Пес не реагирует.
Странное тревожное чувство охватывает девушку.
Вика замедляет шаг.
– Шампи?
Девушка останавливается.
– Шампи, ты там?
В ответ девушка слышит побрякивание цепи и какое-то шуршание.
Зачем отец посадил Шампа на цепь?
Осторожно, словно пробираясь по тонкому льду, Вика шаг за шагом приближается к будке.
Она наклоняется и заглядывает внутрь.
Темно.
Ничего не разглядеть.
– Шамп?
Девушка тянет руку, хочет постучать по деревянной крышке. Из угла будки доносится рычание. Картинки из ее ужасного сна всплывают в голове. Пес, который готов разорвать на части хозяйку, пугающий чужой голос.
– Вика! – громко зовет отец. – Вика, телефон. Скорее иди! Мобильник твой звонит.
Девушка отдергивает руку от конуры.
Она торопливо возвращается в дом.
Что с псом? Почему ее любимчик не откликается?
Навязчивая мелодия звонка разносится по всему дому. Звук исходит из Викиной спальни.
Папа показывает пальцем наверх и прикладывает руку к уху, имитируя телефон.
Папа мог бы и сам подняться и ответить на звонок, но опасается, наверное, что таким своим поступком он может ненароком вторгнуться в те границы частной жизни любимой дочери, за которыми находятся лишь смущение, обиды и ссоры.
– Наверное, ухажер звонит? – поддразнивает отец и смеется. – Смотри, как побежала.
Вика поднимается в свою комнату.
Девушка на самом деле спешит.
Звонящий, если он тактичный человек, после пяти-шести гудков повесит трубку. А судя по всему, гудков было уже куда больше, чем пять, и в любой момент вызов может прекратиться.
Но телефон продолжает пиликать. Он все еще вибрирует и кружится на одном месте на гладкой столешнице.
На экране светится незнакомый номер.
– Алло, – говорит Вика. – Слушаю.
Она запыхалась и, чтобы скрыть одышку, в паузах между словами прикрывает ладонью динамик.
В ответ в трубке раздается треск.
Мягкий, мурлыкающий шум.
На секунду Вике кажется, словно она прислонилась ухом к старому приемнику и слушает тихие помехи.
Что-то шуршит и посвистывает.
Девушка прислушивается, и ей кажется, что через шуршание она может разобрать чей-то голос.
Она не уверена, слишком плохая связь, но, кажется, кто-то ей пытается что-то сообщить.
– Алло. Вас не слышно, говорите, пожалуйста, громче!
Мгновенно, как по команде, весь треск прекращается.
Вика слышит в трубке чье-то тяжелое дыхание. Вдох. Выдох. Затем мужской грубый голос отчетливо произносит:
– Убей!
Вдох.
Выдох.
И вновь в трубке раздается треск.
Вика нервно жмет на кнопку «прервать соединение» и возвращает мобильник на стол.
Она поднимает глаза и замечает в зеркале свое испуганное отражение.
С полминуты она рассматривает свое лицо. Ей кажется, что у нее на голове появились седые волоски. Девушка приближается к зеркалу.
Нет.
Это просто так падает свет. Показалось. Это все ее воображение. Это все нервы, гормоны, стресс.
И никто ее не пугал, это всего лишь помехи на линии.
Простой шум.
Телефон вновь жужжит, вибрирует. Писклявая навязчивая мелодия впивается в уши.
Вика поднимает трубку. Медленно подносит к уху. Она боится, что опять услышит треск и писк.
– Алло. Слушаю. Кто это?
– Привет, Вик. Это Влад.
Девушка следит, как ее отражение в зеркале бледнеет и садится на пол.
Она растеряна.
Она боится и одновременно хочет слушать голос любимого. У нее из глаз катятся слезы. Она сидит на полу и подпирает ногой дверь, чтобы папа случайно не зашел и не увидел ее в таком состоянии.
– Влад? – Ей трудно говорить. Голос дрожит. Во рту пересыхает. – Если это такие шутки у вас, то не смешно. – Она говорит и всхлипывает.
– Вик, это я.
– Владик. У меня, у нас будет…
– Помолчи, моя хорошая. У нас сейчас очень мало времени. Так что молчи и слушай меня внимательно.
Вика перестает плакать.
Теперь ее захлестывает злость. Мало того что Влад прекрасно знает, что она терпеть не может, когда он обращается к ней «моя хорошая», так этот гад смеет еще затыкать ей рот?
Она собирается сообщить ему такую новость, а он…
– Вик, ты должна убить нашего ребенка.
Что?
У Вики перехватывает дыхание.
Ком подкатывает к горлу.
