Старик опять подергал себя за бороду и спросил:
- А чего ты так уверен, что можешь свалить Сальхиного бойца? Он, вон, говорят, здоровый, как бык.
- И что? - спросил мужчина. - Тесак тоже был здоровый.
- Но Сальхин боец бил Тесака! - возразил Пэйт.
- Дак чего ты тогда волнуешься? - удивился вальтариец. - Я ж его тоже побил.
- Тьфу! - балаганщик сел. - А если этого не побьешь? Чего ты уверен так?
- Побью, - успокоил его собеседник. - Сиди ровно, спи крепко, не дергайся. Я любого побью.
В ответ на это бахвальство кособокая Эгда только неодобрительно покачала головой, а Хлоя, Алесса и Гельт с восхищением переглянулись.
* * *
Брат привел её в гостевой дом. Белый с плоской зелёной крышей и красными цветами в глиняных вазонах на входе. Двери здесь были, как везде в Миль-Канасе - сверху полукруглые, железные и с тяжелым кольцом вместо ручки. Внутри же оказалось прохладно и чисто. Служанка провела постоялицу в одну из небольших, но уютных комнат.
Эша огляделась. Красиво... Очень красиво. И можно помыться. В маленькое окно не заглядывает солнце, потому что дикий виноград висит снаружи пологом.
Девушка повернулась к брату:
"Я буду ждать тебя здесь?"
Он кивнул.
- Тут хорошо. Пэйт со своими уедут сразу после боя. А ты сиди здесь. Выкупаешься, поешь, выспишься на кровати. Дождешься меня. Если вдруг не дождешься, деньги вот, - он положил на стол кошель с несколькими тяжелыми монетами. - Но ты дождешься. Я приду в тот же день или на следующий. Как повезет.
Сестра вцепилась ему в руку, испуганно заглядывая в глаза, а потом ее пальцы запорхали, сплетая знаки в слова.
"Тебе будет плохо. Очень плохо. Возьми меня с собой!"
- Переживу. Ты останешься здесь. Поняла? Никуда выходить не будешь. Здесь тебя никто не найдет.
Он замер, словно прислушиваясь к чему-то в себе, кивнул и повторил:
- Никто. Если сама не выйдешь.
"Не выйду".
- Вот и молодец. Давай мне кисет.
Услышав эти слова, девушка побледнела и отступила на шаг.
- Давай сюда, - повторил брат.
Эша покачала головой.
- Я. Сказал. Дай. Кисет.
Его глаза потемнели, зрачок стремительно расширялся, заполняя собой всю радужку, Эша испуганно отвернулась, пошарила за пазухой и вытянула на свет кожаный кармашек с плотно затянутой горловиной.
Сингур взял кармашек, раскрыл его и, не глядя, на собеседницу, сказал:
- Иди, тут есть баня, служанка тебя ждёт и проводит. Мойся. И не торопись. Кто знает, когда в следующий раз придется.
Эша кивнула, хотя в горле было горько от подступающих слез. Она ушла. А когда вернулась, брат уже исчез, только воздух в комнате стал еще горше да на столе лежал потертый кисет.
* * *
Евнух - невысокий круглый человечек - выбежал навстречу нежданным гостям из-за реющих занавесей, которыми была разделена общая зала. Лицо смотрителя дома удовольствий сперва сделалось растерянным, затем испуганным и уж после исполнилось понимания, деланного восторга и почтения.
- Ах, моя госпожа, ах, моя госпожа! - залепетал с придыханием человечек и, поймав длинный рукав одеяния Многоликой, в знак почтения коснулся губами шелкового краешка.
В лицо гостье он старался не заглядывать и всячески отводил глаза. В этом не было ничего удивительного - простым смертным смотреть на Многоликую неприятно и больно. Стиг видел, как побледнел хранитель дома при первом взгляде на храмовую деву - не поверил глазам. И правильно.
Пока человечек раскланивался и выражал всяческий восторг от визита высокой гостьи, глаза его - холодные и пронзительные, пристально следили за дюжиной мечников, которые втянулись в залу следом за своей госпожой.
Четверо вооруженных мужчин сразу устремились к лестнице ведущей наверх и встали по бокам, еще четверо быстро рассредоточились по залу, проверяя альковы, двое остались стоять за спиной спутницы, еще двое застыли у входных дверей.
Хранитель дома обеспокоенно обводил вооруженных охранников глазами, не забывая при этом льстиво улыбаться.
Эная смерила евнуха растерянным взглядом и замерла, озираясь:
- Как твоё имя? - спросил у смотрителя, выступивший из-за спины Многоликой Стиг.
- Хоко Арн, - поклонился евнух и тут же сверкнул на кого-то глазами, одновременно щелкнув пухлыми пальцами.
Через миг из-за шелковой занавеси выбежала служанка с подносом, на котором стоял кувшин вина, чеканный бокал и ваза с фруктами. Девушка склонилась перед дорогой гостей, но Эная раздраженно взмахнула рукой, отказываясь от подношения вежливости.
Мечники застыли, словно каменные изваяния.
Хоко снова щелкнул пальцами и рядом с ним тот час вырос крепкий мужчина при оружии. Судя по бугрящимся мускулам, переломанным ушам и кривому носу, когда-то этот человек выходил на ратный круг, а сейчас, по всей вероятности был нанят домом старшим в охрану.
- Чем обязаны? - спросил евнух, деликатно отступая на полшага и давая Многоликой возможность пройти. - Чтобы ни привело вас сюда, знайте, в нашем доме не происходит ничего противозаконного и нечего опасаться.
- Вот печать далера, - сухо сказал Стиг. - Нам дозволено всё здесь осмотреть. Прикажи своим людям, чтобы все оставались внутри, пока мы не уйдем.