Босх задумался. Он прекрасно понимал, что в невинном на первый взгляд предложении помощи со стороны Бонна таился очевидный элемент quid pro quo[11]. Он был репортером, а значит, постоянно искал темы для статей. Если Босх воспользуется им как переводчиком и посредником, Бонн получит доступ к информации, которая может оказаться крайне важной для следствия. Босху эта ситуация откровенно не нравилась, но и времени терять не хотелось. И он напечатал ответ.
Мистер Бонн!
Я с радостью приму ваше предложение, но только после того, как вы твердо пообещаете мне, что любая информация, полученная от господина Фрея, останется конфиденциальной и не будет использована вами в газете, пока я не дам своего согласия. Если вы принимаете мое условие, то вот список вопросов, которые я хотел бы задать господину Фрею.
Знали ли вы, что Аннеке Йесперсен отправилась в Соединенные Штаты, чтобы собрать материалы для публикации?
Если да, то какого рода статью она готовила? И почему ей понадобилась для этого поездка в США?
Что вам известно о маршруте ее поездки по нашей стране? Перед тем как оказаться в Лос-Анджелесе, она побывала в Атланте и Сан-Франциско. С какой целью? Знаете ли вы о других городах, которые она посещала?
До того как отправиться в США, она совершила поездку в немецкий город Штутгарт, где останавливалась в отеле рядом с американской военной базой. Почему?
Мне кажется, для начала этого достаточно, хотя я, конечно же, буду признателен господину Фрею за любую другую информацию касательно поездки Аннеке в Америку. Спасибо за помощь, но вынужден снова попросить вас обращаться с данными сведениями как с сугубо конфиденциальными.
Босх перечитал текст, прежде чем отправить. Но едва письмо ушло по назначению, как он уже пожалел, что связался с Бонном – репортером, с которым никогда не встречался и всего лишь раз говорил по телефону.
Он отвернулся от монитора компьютера и посмотрел на стенные часы. Почти четыре, а значит, в Тампе уже семь вечера. Босх открыл папку с делом Йесперсен и отыскал на внутренней стороне обложки собственноручно записанный номер телефона Гэри Хэррода, давно вышедшего в отставку детектива, который в 1992 году вел дело об убийстве датчанки в особом подразделении для расследования преступлений, совершенных во время беспорядков. Босх уже успел пообщаться с Хэрродом, как только возобновил следствие, но тогда вопросов к нему было немного. Теперь же появились новые темы для разговора.
Босх не знал, по какому номеру звонит: по домашнему, рабочему или сотовому. Хэррод подал в отставку совсем молодым, прослужив в полиции только двадцать лет, и перебрался во Флориду, откуда была родом его жена. Теперь, по слухам, он преуспевал там в роли торговца недвижимостью.
– Гэри Хэррод слушает.
– Привет, Гэри. Это Гарри Босх из Лос-Анджелеса. Помните, мы уже говорили в прошлом месяце по поводу дела Йесперсен?
– Конечно, Босх, я помню об этом.
– У вас есть пара минут, или я застал вас в разгар ужина?
– Ужин будет готов через полчаса. А то тех пор я целиком в вашем распоряжении. Только не говорите, что уже раскрыли убийство Белоснежки.
Это Босх рассказал ему, что в ночь убийства его напарник окрестил Аннеке Белоснежкой.
– Не совсем. Все еще отрабатываю разные версии. Но всплыла пара подробностей, о которых мне хотелось бы вас расспросить.
– Я готов. Спрашивайте.
– Хорошо. Во-первых, о газете, с которой сотрудничала Йесперсен. Это вы контактировали в то время с ее коллегами из Дании?
