Он стремился по возможности избежать объяснений, почему воспользовался чужим аппаратом, поскольку сделал это из опасения, что, увидев на определителе его номер, она может, чего доброго, и не ответить на звонок. С агентом ФБР Рэйчел Уоллинг его связывали в прошлом долгие отношения, далеко не всегда вызывавшие приятные воспоминания и ассоциации.
– Джек есть Джек. С ним все всегда в порядке. Но вряд ли ты решился позвонить мне с чужого телефона, чтобы справиться о Джеке.
Босх невольно кивнул, хотя прекрасно понимал, что видеть этого она не может.
– Ты, как всегда, права. Мне нужна помощь.
– Какого рода?
– Я расследую одно дело. Эта женщина из Дании по имени Аннеке… Она была поразительно отважной. Работала военным корреспондентом и побывала в самых горячих…
– Гарри, тебе не нужно рекламировать достоинства жертвы преступления, чтобы получить от меня то, что тебе необходимо. Просто скажи прямо, чего ты хочешь.
Он снова кивнул. Рэйчел Уоллинг обладала поразительной способностью заставлять его нервничать. В свое время они были любовниками, но их связь оборвалась при не самых удачных обстоятельствах. Да, это было давно, но и теперь, когда ему случалось разговаривать с ней, Босха преследовало ощущение, что он тогда утратил нечто очень важное.
– Хорошо, вот в чем суть. У меня есть бо2льшая часть серийного номера «беретты» девяносто второй модели, из которой ту женщину убили двадцать лет назад во время беспорядков в городе. Мы только что нашли оружие и сумели восстановить номер. В нем не читается одна цифра, что сужает область поиска всего до десяти вариантов. Мы проверили его через систему министерства юстиции в Калифорнии, но там пистолет не числится. И потому мне нужен кто-нибудь в…
– В АТО. Это их юрисдикция.
– Верно. Но у меня нет там никаких связей, а если я пойду обычным путем, то получу ответ через два или три месяца. Ждать так долго совершенно невозможно, понимаешь, Рэйчел?
– А ты не меняешься. Все тот же торопыга Гарри. Значит, тебя интересует, есть ли у меня кто-то в АТО, кого я использую, чтобы ускорить рассмотрение своих запросов?
– Да, ты все поняла правильно.
На этот раз молчание длилось дольше. Босх не знал, с чем оно связано. Быть может, Рэйчел как раз в этот момент отвлекли, или же она колебалась в раздумьях, стоит ли ему помогать. Чтобы заполнить паузу, он вновь пустился в уговоры:
– Обещаю непременно отметить в рапорте их вклад в раскрытие дела, как только мы арестуем преступника. Думаю, им сейчас это не помешает. К тому же они, собственно, дали мне в руки первую ниточку. Обнаружили по гильзе с места преступления, что тот же пистолет использовался еще в двух убийствах. Для разнообразия они получат хоть какое-то позитивное паблисити.
В последнее время бюро по алкоголю, табаку и огнестрельному оружию на все лады склоняли в новостях после провала затеянной им секретной операции, которая закончилась настоящей катастрофой, и сотни единиц оружия попали в руки наркоторговцев и террористов. Возмущение общественности достигло такого накала, что это оглушительное фиаско стало одним из острейших вопросов, обсуждавшихся кандидатами в президенты во время избирательной кампании.
– Понимаю, о чем ты, – ответила Уоллинг. – Что ж, у меня там действительно есть хорошая подруга, с которой я могла бы поговорить. На мой взгляд, будет лучше, если ты продиктуешь серийный номер мне, а я передам его ей сама. Если просто дать тебе номер ее мобильника, то может ничего не получиться.
– Не проблема, я согласен, – поспешно сказал Босх. – Важен лишь результат. Ей, наверное, и десяти минут не потребуется, чтобы установить происхождение и перемещения ствола.
– Не все так просто, как ты себе воображаешь. Каждый такой поиск регистрируется, и ему присваивается особый номер. Так что ей все равно придется сначала получить разрешение начальника.
– Дьявол! Жаль, они не соблюдали свои бюрократические процедуры так же тщательно, когда позволили в прошлом году целому арсеналу просочиться через границу.
– Смешная шутка, Гарри. Я ей непременно расскажу, какой ты у нас остроумный.
– Боже упаси! Лучше не надо.
Уоллинг попросила продиктовать ей номер «беретты», что он и сделал, обратив ее внимание на отсутствие восьмого знака. Она обещала связаться с ним, если только ее подруга, агент Сьюзан Уинго, не изъявит желания сделать это лично. В конце разговора Рэйчел не смогла удержаться от личного вопроса.
– Ну и как долго ты еще будешь этим заниматься, Гарри?
– Чем именно? – спросил он, хотя прекрасно понял, что она имеет в виду.
– Играми в сыщиков и воров. Я-то ожидала, что к этому возрасту ты уже подашь в отставку. Добровольно или нет, но уйдешь.
Он улыбнулся.
– Буду тянуть лямку, пока они мне позволят, Рэйчел. По условиям моего нынешнего контракта это еще года четыре.
– Что ж, надеюсь, наши пути успеют снова пересечься до того, как твое время истечет.
– Я тоже надеюсь на это.
– Береги себя.
– Спасибо за помощь.
– Подожди. Поблагодаришь, когда получишь желаемое.
