Черный к свету полностью

— Сначала мы их найдём, — пробормотал он себе под нос, устраиваясь поудобнее на зелёном мягком сиденье рядом со мной. — Потом решим.

Я не ответила.

В данный момент Люциан Ракер и его банда социопатов волновали меня меньше всего.

***

— Они бросили твой самолёт, — сказал Декстер Блэку, плюхаясь всем своим весом и немалым ростом в небесно-голубое кресло напротив нас обоих. Он потёр тёмной мозолистой рукой свою лысую голову. — Сейчас он припаркован в частном ангаре в аэропорту Кеннеди.

Прежде чем Блэк успел ответить, заговорила Кико, подошедшая вместе с Дексом.

— А ещё мы наконец-то засекли их на камерах видеонаблюдения, — сказала она. Кико села на кресло рядом с Дексом и непринуждённо закинула ногу на ногу. — Они только что сели на коммерческий рейс до аэропорта Шарля де Голля в Париже, Франция. Первый класс. В терминале сообщили, что он заплатил наличными, но Джакс говорит, что, скорее всего, он просто заставил их распечатать ему посадочные талоны.

Наступила пауза, во время которой Кико внимательно изучала выражение лица Блэка.

— Мы не получили известий об этом, пока не стало слишком поздно, — добавила она с лёгким унынием. — В любом случае, у нас не было никого достаточно близкого, чтобы остановить их, и ты сказал отпустить их, пока мы ещё можем их отслеживать. Они в воздухе уже, наверное, минут пятнадцать.

Она ждала.

Я знала, почему и чего она ждала, и я ждала вместе с ней. У Блэка всё ещё были контакты, которые могли бы изменить ход полёта. Он знал людей в армии и в службе национальной безопасности. У него были люди, которые ради него нарушали правила, даже если он не давил на них способностями видящего.

Хотя это было бы опасно.

Джем, скорее всего, просто заставит пилотов коммерческого рейса игнорировать любые противоречащие приказы, которые они получат с земли. Если военные решат превратить это в террористическую ситуацию, они могут послать за ними истребители. Они могли сделать это, не сказав Блэку, и независимо от того, хотел этого Блэк или нет, и, возможно, до того, как Блэк смог бы остановить их другими способами.

Если Джему не удастся эффективно надавить на всех этих пилотов, всё может закончиться тем, что коммерческий самолёт будет сбит где-нибудь над Атлантическим океаном.

— Отпустите их, — сказал Блэк.

Он посмотрел на меня, и его золотистые глаза блеснули в свете внутреннего освещения самолёта.

За овальными иллюминаторами было темно, мы летели на восток, в погоню за ночью. Это означало, что все шторы были открыты, даже те, что были рядом с тем местом, где сидел Ник.

Большая часть команды сидела за планшетами и ноутбуками, а несколько видящих находились в Барьере, поддерживая связь с Ярли и другими видящими, которых мы оставили в Сан-Франциско. Несколько человек, включая Пса и Холо, сидели на бархатных фиолетовых диванах и тихо разговаривали.

Никому из тех, кого я видела, не удалось хоть немного поспать.

— Похоже, мы всё-таки поедем во Францию, детка, — проворчал Блэк, одарив меня вялой улыбкой. Он взглянул на Ника, слегка нахмурившись. — Всё ещё думаешь, что твой грёбаный прародитель не имеет к этому никакого отношения, мальчик-вампир?

Ник только сердито посмотрел на меня в ответ, ничего не ответив, но у меня сложилось впечатление, что он не совсем не согласен.

Он бросил на меня взгляд, и было нетрудно понять его значение.

Никто не причинит вреда Даледжему, пока он здесь.

Никто, даже Блэк.

Даже я.

Я коротко кивнула ему, давая понять, что в этом вопросе я на сто процентов на его стороне.

Только тогда хрустальные глаза скользнули прочь, и Ник уставился в ночь.

***

Сильная, но нежная рука разбудила меня. Я свернулась калачиком на огромном зелёном мягком кресле и заснула мёртвым сном. Я понятия не имела, когда это произошло, но было трудно заставить себя открыть глаза.

— Мы на месте, — пробормотал Блэк. — Приземляемся через пятнадцать минут.

Я моргнула, глядя на него, и сумела кивнуть.

Он неожиданно наклонился и поразил меня, поцеловав в щёку, а затем ещё больше, поцеловав в шею, на мгновение задержавшись, чтобы скользнуть языком по мышцам. Он поцеловал меня снова, прямо в чувствительное местечко, где соединялись моя шея и плечо, затем поднял голову. Он потёрся носом о моё лицо своей лёгкой щетиной и вздохнул.

Я посмотрела на него, почувствовав, как у меня перехватило горло, когда я увидела усталое, но слегка напряжённое выражение в его глазах. От него исходила волна боли разделения, и я подавила свою ответную боль.

До меня дошло, как давно мы не были наедине.

По-настоящему одни.

Блэк наклонился ещё ближе, прижавшись губами к моему уху.

— Чертовски долго, док, — прошептал он.

Я вздрогнула, но постаралась улыбнуться.

— Я же говорила тебе, что хочу дом, — напомнила я ему.

— Это будет приоритетной задачей, когда мы вернёмся, — он произнёс это свирепо, как обещание. — Это будет на первом месте в списке, как только мы выберемся из этого грёбаного кошмара.

На это нечего было возразить, кроме того, что я соглашалась.