После того, как он это сказал, ему пришло в голову, что его голос очень похож на рычание собаки.
— Пожалуйста, не переживай, отпрыск, — голос Брика оставался равнодушным, даже скучающим. Он теребил кончики своих кожаных перчаток, поправляя их на руках, а трость с серебряным набалдашником в виде Анубиса покоилась между его ног. — Я здесь не для того, чтобы создавать тебе… или кому-нибудь из твоих питомцев… неприятности.
Он ухмыльнулся, затем придал своему голосу деловитость.
— У меня дела в городе, — отрезал он. — Ты, само собой, не настолько на меня злишься, чтобы обидеться на то, что я отвлёкся на несколько минут от своих занятий, чтобы поздороваться?
Ник насмешливо фыркнул.
— Я не знаю, — сухо ответил он. — Я чувствую себя очень недовольным. Ты мог бы пройти мимо по своим «делам», и я бы никогда не узнал.
— Это было бы ужасно грубо с моей стороны, не так ли? — спросил Брик, и улыбка тронула его губы.
— У нас была договорённость…
— Да, да, — Брик отмахнулся от него, и его голос сменился с игривого на раздражённый. — Мне так жаль, что я помешал тебе валяться в грязи с существом, которое лижет свой собственный задний проход. Я только хотел сообщить тебе, что буду здесь, в городе, так что не беги к своему работодателю в истерике, если в течение нескольких дней тебе случится увидеть ещё кого-нибудь из своих собратьев.
Ник почувствовал, как его клыки удлинились ещё сильнее.
— Если я увижу их где-нибудь рядом со мной или моими…
— Да, да, — перебил Брик во второй раз, и теперь его голос звучал ещё более раздражённо. — Знаешь, все эти угрозы, касающиеся этого экстрасенса средних лет, которого ты так любишь доставать, на самом деле довольно утомительны. Я же говорил тебе, что отказался от своих притязаний отомстить ему. Даже если он и убил моего самого эффективного заместителя…
— Ты имеешь в виду твоего самого эффективного психопата, — пробормотал Ник.
— Томаты, помидоры — семантика, как говорится, — Брик фыркнул. Он опёрся обеими руками на трость. Его глаза оглядели Ника с головы до ног. — Ты в порядке, дитя? Ты хорошо выглядишь.
— Я в порядке.
— Они хорошо к тебе относятся, эти… экстрасенсы? — он произнёс это слово со странным оттенком презрения, смешанного с юмором. — Им ещё не надоел гадкий утёнок в одном гнезде с ними, отвлекающий внимание от их прославленного лидера?
Ник закатил глаза.
Он не мог не заметить, как по спине пробежал холодок беспокойства.
— Почему ты здесь, Брик? — спросил он, кажется, в двадцатый раз. — Какие у тебя могут быть дела в Сан-Франциско?
Брик уже поднял палец и ритмично погрозил им Нику.
— Нет, нет, друг мой, — мягко пожурил он. — Ты не имеешь права спрашивать меня об этом. Больше нет. Наши совместные дела завершились, когда мы заключили это наше маленькое «соглашение».
— Соглашение, которое ты сейчас нарушаешь.
— Просто поздоровавшись? — Брик фыркнул, снова опираясь на трость. — Это что, ужасная форма
Брик снова фыркнул.
— …Ни в твою жизнь? Жизнь моего собственного отпрыска?
Ник просто уставился на него, не обращая внимания на театральность своего прародителя.
— Ты поздоровался, — заметил он.
Брик поколебался. Он ещё несколько секунд постоял неподвижно, его глаза снова начали обшаривать каждый дюйм тела Ника там, где он стоял.
Ник не мог не заметить жадности в этом взгляде.
Она была там и исчезла… затем вампир с золотисто-каштановыми волосами улыбнулся.
— Полагаю, что да, — весело признал он.
Его улыбка стала шире.
Затем Брик издал тихое и задумчивое «хм-пф» и повернулся так, что оказался полностью спиной к Нику и собаке. Он пошёл от конца пирса, помахивая тростью с серебряным набалдашником, и вернулся на улицу, а затем перешёл на другую сторону, где вдоль главной дороги тянулась вереница туристических заведений.
Его тёмные с рыжинкой волосы странно сияли в темноте для вампирских глаз Ника.
Через несколько секунд Брик полностью растворился в тени.
Ник продолжал стоять на месте, и его пальцы всё ещё касались собачьей макушки. Он не двигался в течение нескольких минут после того, как вампир ушёл. Он стоял там дольше, чем мог бы объяснить, как будто какая-то часть его существа ждала, вернётся ли его прародитель.
Брик не вернулся.
Несмотря на это, беспокойство Ника не уменьшилось.
Глава 5. Рай
Солнце поднималось всё выше по небу.
Собака свернулась калачиком на кровати, которую дал ей Ник и которую они также держали для Пантера. Обнюхав всё вокруг и внутри подушки из овчины, она изящно взобралась на неё, затем несколько раз повернулась, прежде чем плюхнуться на неё и зарыться носом в пушистый комок шерсти. Она с довольным вздохом закрыла глаза.
Ник наблюдал, как она засыпает, и понял, что он легко может к ней привязаться.
