В рамках своего расследования я позвонил мистеру Уилкенсу. Я предпочитал говорить с человеком, находившимся на верхушке «пищевой цепочки», а не с местным организатором вроде Кена, который стоял у ее подножия и не мог дать мне точных сведений. Как следователь, занятый сбором информации, я хотел знать как можно больше об Уилкенсе и считал, что телефонный разговор будет лучшим способом установить с ним контакт. К тому же Лейквуд находился недалеко от Денвера и я мог начать прощупывать почву для внедрения денверского детектива под прикрытием в колорадский штаб ККК. Я знал, что Разведывательный отдел полиции Денвера не вел ни одного активного расследования деятельности Клана.
Уилкенс ответил на звонок, и я представился:
— Меня зовут Рон Сталлворт, я член нового отделения в Колорадо-Спрингс, честь имею доложить, мистер Уилкенс.
Он был рад, что я позвонил ему.
Ему, как и Дэвиду Дюку, нравилось, когда перед ним лебезили, — всего-то и требовалось, что восхищаться ими.
— Я хочу узнать как можно больше о нашем Деле, — сказал я.
Я расспрашивал его о печатных изданиях, которые могли бы помочь мне узнать об истории и деятельности Клана. Он обещал выслать мне несколько выпусков «Крестоносца». Я также спросил о своей членской карточке, и он сказал, что выяснит ее статус. Он знал, что она еще не готова, но, если я не получу ее в течение двух дней, мне нужно сообщить ему об этом, и он лично свяжется с национальным штабом в Луизиане, чтобы ускорить этот процесс.
Я также еще раз спросил об объявленном визите Дэвида Дюка в Колорадо-Спрингс в январе. Уилкенс подтвердил, что Дюк прибудет ориентировочно в первую неделю января. Он надеялся успеть собрать сотню клановцев в рясах для марша. Ему хотелось знать мое личное мнение об интервью, которое дал местный организатор Кен О’Делл газете «Телеграф». Я сказал, что Кен очень хорошо изложил цели и задачи Организации и что, по моему мнению, это будет хорошо принято публикой. Уилкенс спросил, следует ли ему дать больше личных интервью СМИ Колорадо-Спрингс. Я ответил утвердительно, и он выразил желание встретиться со мной в Лейквуде, чтобы обсудить деятельность Организации в Колорадо-Спрингс. Разумеется, я согласился.
Уилкенс объяснил, что «основные стремления Клана сосредоточены вокруг политической арены». Их целью было добиться избрания клановцев на государственные должности разных уровней по всему Колорадо. Если они не смогут найти квалифицированных клановцев для выдвижения на выборную должность, тогда, сказал Уилкенс, «мы поддержим всякого, кто разделяет нашу философию. Если такой кандидат захочет нашей публичной поддержки, мы ее обеспечим. Мы можем помочь ему и в финансовом плане. Важно внедрить правильные мысли в правительство». Он упомянул, насколько хорошо в политическом плане организованы «ниггеры», — мы должны добиться того же, чтобы защитить то, что имеем.
— Мне нужно идти, — сказал он, — но я с нетерпением жду нашей встречи, Рон.
Я поблагодарил его за потраченное на меня время (обязательный подхалимаж), и мы закончили разговор.
Восемь дней спустя Кен позвонил на служебный номер бригады по наркотикам моему «альтер-эго» Чаку, чтобы объяснить задержку моей членской карточки. Он сказал, что еще не получил карточку, потому мне пока нельзя участвовать в полной мере в деятельности Клана. Он лично говорил вчера с «мистером Дюком», и тот обещал ему, что будет в Колорадо-Спрингс в начале января.
После встречи с Чаком в баре «Угловая луза» Кен съездил к себе домой, в Сан-Антонио, Техас. По возвращении он получил несколько запросов из СМИ на интервью, которые собирался дать. В отделении Клана в Колорадо-Спрингс уже имелась сотня заявителей, но было почти невозможно обеспечить всех рясами к январскому маршу. Кен сказал, что он еще не готов признать эту идею неудачной, но пока дела шли неважно; требовалось около месяца после подачи заявления на членство, чтобы получить рясу и предстать в ней на публике. Он выразил желание встретиться со мной (Чаком) в скором времени, и на этом мы закончили разговор.
Через полчаса Кен снова позвонил на служебный номер бригады по наркотикам и попросил к телефону Рона. Чака в это время не было на месте, так что с Кеном говорил другой детектив по наркотикам, притворяясь Чаком (то есть мной). Кену только что сообщили из Национального штаба Клана, что моя членская карточка готова и ее пришлют по почте в течение пары дней.
28 ноября я выяснил, что у местного отделения KKK есть счет в Банке Фаунтен Вэлли, который находился на шоссе 85–87 на территории городка Секьюрити, вблизи Форта Карсон. Этот счет, открытый на Кена О’Делла и Дженнифер Л. Стронг (позже я узнал, что она тоже связана с Кланом), был также корпоративным счетом Организации белых людей. Первоначальный взнос составлял 44 доллара.
