Однажды утром кучер из нашей конюшни подал меня в легкой двуколке к дому на Полтни-стрит. Оттуда вышли два джентльмена.
– Вы уверены, что ему обязательно нужен подгубный ремень? – внимательно глядя на мою морду, осведомился тот джентльмен, что повыше.
– Вообще этот конь запросто без него обойдется, – уверенно отвечал кучер. – Он, конечно, горяч, но совершенно без норова. И губы у него очень чуткие. А подгубный ремень у него для легкости управления со стороны неумелых наших клиентов.
– Снимите! – тут же велел джентльмен. – Нам с ним предстоит длинный путь, – с нежностью похлопав меня по шее, продолжал он. – И облегчать ничего мне не надо.
Стоило ему взять в руки вожжи, как я сразу почувствовал руку мастера. На меня повеяло давно забытыми временами. Мне, наконец, повстречался настоящий ценитель езды, и я проявил себя в полном блеске. Джентльмену я очень понравился. Наняв меня еще несколько раз, он купил меня у владельца конюшен для близкого друга, которому требовалась спокойная лошадь для верховой езды. Коню в моем положении лучшего и пожелать было нельзя.
Мистер Барри, мой новый хозяин, оказался молодым бизнесменом. Семьи у него еще не было, и он слишком много работал. Это забеспокоило доктора. Однажды он посоветовал Барри ежедневно ездить верхом. Так вот и был куплен я.
В лошадях мистер Барри смыслил немного. Правда, это ему не мешало очень ласково со мной обращаться. Денник он мне нанял тоже отличный. Расплачиваясь с конюхом, он заказал мне самое лучшее сено и превосходную пищу, в состав которой входили овес, вика, дробленые бобы, отруби и райграс.[9]
– Еды, пожалуйста, не жалей, – велел конюху мой хозяин. – Корми его досыта, я все оплачу.
Услыхав это, я очень обрадовался. О такой пище, как он мне заказал, любая лошадь может только мечтать.
Первые дни конюх со мной обходился прекрасно. Однажды он при мне рассказал знакомому, что много лет был конюхом в самой большой гостинице города. После этого мне стало ясно, откуда у него такая сноровка и совершенно верный подход к лошади. Но к тому времени, как мы с ним познакомились, он из гостиничных конюшен ушел. Теперь у него появилось собственное дело. Сам он выращивал для продажи на рынке фрукты и овощи. А его жена с той же целью разводила кроликов и домашнюю птицу.
Некоторое время спустя я вдруг стал ощущать, что моему организму катастрофически не хватает овса. Всем остальным конюх кормил меня по-прежнему много. Но овес… Ни одна лошадь на свете не сохранит без него надолго здоровья. Через несколько недель такой жизни я стал ощущать, что слабею. Я пытался хоть как-нибудь намекнуть на это хозяину. Но при всей доброте мой мистер Барри чересчур мало знал лошадей, и ему было попросту непонятно, что творится со мной.
Так продолжалось целых два месяца. Я уже был близок к серьезной болезни от истощения, когда хозяин поехал на мне верхом в гости к близкому другу. Друг жил на ферме и хорошо понимал в лошадях. Едва поздоровавшись с мистером Барри, этот джентльмен начал внимательно меня оглядывать.
– Что-то твой конь выглядит хуже, чем раньше, – с тревогой произнес он. – Может быть, чем-нибудь болен?
– Вроде нет, – пожал мой хозяин плечами. – Вообще-то я тоже в последнее время стал замечать в нем какую-то вялость. Но конюх, который за ним ухаживает, мне все объяснил. Оказывается, даже самые горячие лошади начинают осенью хуже двигаться.
– Полная чушь! – возмутился друг. – Во-первых, сейчас разгар августа. До осени еще далеко. А потом, лошади ведь не впадают в спячку. При нормальном питании и хорошем уходе они будут одинаково бодрыми в любой сезон. Кстати, чем ты его кормишь?
Хозяин тщательно перечислил все замечательные продукты, которыми распорядился меня кормить.
– Уж не знаю, кто там ест овес, за который ты платишь, – тщательно ощупывая меня, проговорил друг-фермер. – Но этому бедняге его явно не достается. Скажи, Барри, ты очень гнал по дороге ко мне?
– Гнал? – удивился хозяин. – Да мы ехали совсем медленно.
– Положи-ка руку сюда, – велел этот наблюдательный джентльмен.
Хозяин послушно положил руку на мою шею.
– Видишь, какой он горячий и потный, – продолжал фермер. – Можно подумать, ты несся во весь опор от самого дома. Я бы на твоем месте заглядывал к нему в денник почаще. Не хотелось бы думать плохо о твоем конюхе, но проверить, по-моему, не мешает. К сожалению, есть негодяи, которые воруют даже у бессловесных животных. Хорошо хоть своим конюхам я вполне могу доверять.
В это время к нам как раз приблизился конюх, который должен был отвести меня на конюшню.
– Дай этому коню побольше овса, – велел фермер. – Пусть ест, сколько хочет.
