Из комнаты вышла собака, высокий серый дог, внимательно осмотрела гостей и убежала, больше она не показывалась.
– Проходите, пожалуйста, в дом, располагайтесь, – голос Чингиза звучал уверенно и строго.
С таким ясным произношением он вполне бы мог работать диктором на радио или телевидении.
Подруги никак не могли наговориться, громко о чем-то рассказывали, друг друга перебивая, пытаясь все вывалить за пять минут.
– Вы располагайтесь, общайтесь, а я пойду готовить, – Янбулатов покивал и удалился.
Надежда посмотрела с удивлением.
Алия, заметив взгляд подруги пояснила:
– Он прекрасно готовит, а в особых случаях никому не доверяет. Только сам!
– И даже тебе?
– О чем ты говоришь, он считает, что никто так не умеет готовить, как он. Я с ним не спорю. Мне так проще, – рассмеялась Алия.
Вскоре на столе появились яства, замечательный плов с бараниной запомнился особенно, Надежа и Алексей даже попросили добавки. Затем им подали превосходный зеленый чай с медовой пахлавой. Алексей еще долго будет помнить вкус того самого зеленого чая, который по рецепту дедушки заварил Чингиз. Хлебников признался, сколько он ни пробовал в разных кафе и ресторанах, такого вкуса нигде еще не встречал. Всякий раз, когда они с Надеждой заказывали в кафе или ресторане зеленый чай, с разочарованием заключали – такого, как у Чингиза, ни у кого нет, не было и не будет.
Когда гости отведали талкыш каляве, Чингиз обратился к Алексею:
– Мне о вас рассказала жена, вы же пишете абстрактные картины, не так ли?
– Да, именно этим я и занимаюсь, – ответил Хлебников.
– Мы можем обсудить картину, которую я хочу заказать?
– Разумеется! – на лице Алексея растеклась довольная улыбка.
Янбулатов старался говорить непринужденно и неторопливо, выдерживая, как политики, длительные паузы между словами. Хотя внутренне он был далеко не спокоен. Беспокойство передавалось буквально по воздуху, Надежда это уловила сразу. Что-то здесь не то, подумала она, посмотрев на Чингиза, затем на Алию. По их лицам было видно, что все-таки оба чем-то встревожены. Несмотря на то, что оба старались улыбаться, говорить непринужденно.
– Чингиз, вы меня, пожалуйста, извините, у вас что-то случилось? – Надежда внимательно посмотрела в его светло-карие глаза.
Янбулатов не был готов к такому вопросу.
– Да нет, все в порядке, не берите в голову. Это просто усталость, я себя не очень хорошо чувствую, – он потер нос и замолчал.
Маевская перевела взгляд на подругу.
Алия постаралась скрыть внутреннее неспокойствие, но не смогла. Сжав губы, она посмотрела на мужа, затем на Хлебникова, и, выдохнув, приступила к повествованию.
Рассказ длился долго. Никто не перебивал, в том числе супруг.
Алия поведала о том, что, несмотря на охрану, их недавно ограбили. Из дома была похищена крупная сумма денег, которую они приготовили для коммерческой сделки. Как все произошло, оба до сих пор так и не поняли. Никаких следов, даже намеков. Когда Маевская поинтересовалась, а что же они не обратились в полицию, Чингиз ответил уклончиво – ему пригрозили. Намекнули на то, что он имеет дело не с обычными уголовниками, а с могущественной структурой. И если он вдруг надумает все же написать заявление, в тот же день будет похищена его супруга.
Надежда пожала плечами и высказала, ведь можно же было тайком обратиться к частному детективу. И на этот вопрос Янбулатов ответил с кривой ухмылкой – он уже обращался. Первый детектив вскоре внезапно скончался. Второй через два дня прилетел, взъерошенный, весь бледный и выложил аванс на стол, будто избавился от куска дерьма. Детектив отказался и категорически не соглашался продолжить работу, несмотря на уговоры.
– Я постараюсь помочь, – решительно заявила Надежда.
Янбулатовы на нее посмотрели, как на Дона Кихота.
– Каким образом? Надя, ты же фотограф? Да и это ведь очень опасно, может не стоит совать голову в петлю… – Алия покосилась на Надежду, скрестив на груди руки.
– Да, я фотограф. Но это ничего не меняет. Фотограф отличается от остальных, прежде всего, тем, что он замечает то, что не видят другие. И потом у фотографов хорошее логическое мышление.
– Хм. Вы еще не знаете, на что способен этот фотограф, – Алексей многозначительно покивал.
– Надежда, я ценю готовность помочь, и благодарю за предложение, но думаю, что в этой ситуации вряд ли кто справится. Там серьезная структура, это по зубам лишь крупной ОПГ, но я не хочу быть обязанным криминальным структурам, – нахмурился Чингиз.
– Вы не смотрите, что это стройная и хрупкая девушка. Она может легко справиться с тремя мужиками. Вернула мне похищенные деньги, а деньги там были серьезные и картины, от стоимости которых голова кругом может пойти. Я сам тогда не верил, что Надя вообще что-то сможет сделать в этой ситуации. Я ей так благодарен. Она действительно железная, хотя внешность говорит о другом. Но внутри сидит какой-то ниндзя.
