«Я знал, что ты вершешься».
– Етить всех богов.
Эхо подсказало, что я прокричал это. Не было во мне ничего, потому как я сказал, что ничего не было. Ни гнева, ни страха. Темноземье, оно любое, какое только тебе хочется, чтоб оно было, а мне хотелось, чтоб оно было вообще ничем, вот оно и было ничем. «Оно ничто, потому что ты ничто». Это он сказал.
– Покажись! – крикнул я.
«Ты был не один, кто скрывается в буше. Твои друзья…»
– Что ты сделал с моими друзьями?
«Твой друг-животное все же больше человек, чем ты. Я смотрю на него и вижу, чего он хочет. У всех людей, если снять один слой, под ним окажется еще один, под которым еще один, под которым скрыто желание. Кто ты? Ты то, чего ты хочешь. Мальчик, он тоже чего-то хочет, и великан».
– Я не хочу ничего. Мне ничего не нужно! – прокричал я деревьям и черному небу.
«Ты ничто. Что за сказание смог бы поведать о тебе сказитель-гриот? Ты – никакое не сказание. Человек без пользы для всех. Человек, на кого никто не надеется, кому никто не доверяет. Тебя носит, словно духов и бесов, а даже их носит с целью…»
– Все люди таковы? Их цель? Их польза?
«Это то, что все люди почитают…»
– Заткни свой сраный рот!
«Ты…»
– Заткнись!
«У тебя нет цели. Ты человек, кого никто не любит. Когда ты умрешь – и скоро, – чья жизнь станет во всем плоше с твоим уходом? Кто будет оплакивать тебя? Кто вспомнит, что забыл о тебе? Отец твой забыл о тебе еще до того, как ты и родился-то. Тебя вырастили в доме, где велась война с памятью. Есть люди, что незначительны от рождения, зато ты для этого потрудился немало. Ничто, по крайней мере, что-то. Ты же ни на горизонте, ни под носом, а посередине, куда никто не смотрит. Что ты за герой?»
– Никогда не хотел быть героем.
«Чего же ты хочешь? Чего ты хочешь? У меня есть что передать тебе от твоего отца и брата».
Я остановил коня.
– Они опять в расстройстве? Что, они и в загробном мире ходят, стыдливо понурив головы? Может, двери твои слишком малы, чтоб им войти. Они, похоже, никак не меняются, мои отец и брат. Или они просто слегка расстроены сегодня, натаскавшись вчера мешков стыда?
«Ты знаешь про свою сестру?»
– У меня нет никакой сестры.
«Многое произошло с тех пор, как ты убрался из дома своей матери».
– У меня нет сестры.
«А у нее нет брата. Зато у нее есть отец, кто еще ей и дед. И мать, кто к тому же ей сестра».
– Вот, дьявол, уж не подумал ли ты, что, может, это я приношу позор его семейству? По правде, там бесчестья хватит весь мир три раза обернуть.
«Чего ты хочешь?»
– Полубог, я хочу, чтоб ты либо меня убил, либо заткнулся.
«Ты не воин, ты не заслужил даже ранней смерти. Что это за герой такой? Какой ему посвященный эпос предстоит петь людям? Что это за человек безо всяких свойств?»
– Дивит меня, что тебя, духа, так сильно заботит, что думает обычный человек.
«Ты человек без цели».
Я остановил коня.
– Цель свою я знаю, слышь, ты, Анджону!
«Нет у тебя никакой цели».
