– Следопыт, я соврал. Люди со Света с востока никогда ничего не вытрахивают. Всегда хотят, чтоб это в задницу втыкалось. Так, еще раз: что нужно Следопыту?
– Ищу старые вести.
– Насколько старые?
– Три года и много лун.
– Три года, три луны, три ночи – мне все без пользы.
– Я спрашиваю об одном из старейшин Кваша Дара. Его имя – Басу Фумангуру.
– Что все говорят?
– Ничего. Я сказал, что они знают, а не что они расскажут. Им следовало бы сжечь тот дом дотла и убить чуму, но никто и шагу не сделает. Это…
– По-твоему, на дом чума напала.
– Или проклятие речного демона.
– Понимаю. Насколько он влиятелен, человек, что платит тебе за такие разговоры? – Он рассмеялся. И пояснил: – Ты заплатил мисс Уадада за трах.
– И я плачу тебе намного больше платы за разговор. Ты видел мой кошелек и знаешь, что есть в нем. Теперь говори.
Он опять уставился на меня. Оглянулся, словно в комнате кто-то еще был, потом завернулся в простыню.
– Идем со мной.
Он сдвинул в сторону кучу ящиков (верхний раскрылся, из него полезло белье) и отодвинул щеколду на двери не выше моего бедра. Я двинулся было за ним, но он кивнул на мою одежду:
– Ты в эту комнату уже не вернешься.
Он на корточках полез первым. Проход темный и жаркий, стены крошатся, пыль, потом твердый – дерево, потом еще тверже – раствор и штукатурка, постоянная темень – ничего не разглядеть. Зато наслушался я много. Из каждой комнаты неслись крики мужчин и звуки сношений любым способом и манером, зато девицы и мальчики все стонали одинаково, причитая: пхни меня своим большим, своим крепким, своим
Ведь карабкались мы еще дольше, до того долго, что я уж подумывать начал, кто этот ход устроил, кто так долго добирался до постели Экоййе. Впереди него тьма замерцала звездами.
– Ты куда нас ведешь?
– К твоему палачу, – ответил он, потом рассмеялся. Мы вышли на пролет лестницы, что вела на крышу дома, мне не знакомого. Никакого запаха мускуса, никакого запаха мисс Уадада, никакого благовония или вони борделя.
– Нет, тут мисс Уадада и не пахнет, – произнес он.
– Ты слышишь слова, какие я не произносил.
– Коли ты ими так громко в голове гремишь, Следопыт.
– Это так ты вызнаешь тайны мужчин?
– То, что я слышу, никакая не тайна. Все девицы это тоже слышат.
Не сдержавшись, я засмеялся. Кому же еще быть знатоком мужских умов?
– Ты на крыше дома купца из квартала Ньембе.
– Обработчики металлов? Мы на север карабкались?
Экоййе кивнул.
– Одни говорят, мол, был убийца, другие говорят – монстры, – сказал он.
– Кто? Ты о чем сейчас говоришь?
– О том, что произошло с твоим другом Басу Фумангуру. Видел людей, что нынче кучкуются в нашем городе?
– Семикрылы.
– Они, их так называют. Люди в черном. Женщина, что живет рядом с Фумангуру, сказала, что видела много мужчин в черном в его доме. В окно она их видела.
– Семикрылы наемники, а не наемные убийцы. Совсем не похоже на них убивать всего одного, да еще и с семьей. Даже на войне.
– Не я называл их Семикрылами, а соседка. Может, они демонами были.
– Омолузу.
– Кто?
– Омолузу.
– Я такого не знаю.
Он подошел к краю крыши, и я за ним. Мы стояли на высоте трех этажей. Какой-то мужчина вертелся на улице, от его кожи сильно несло пальмовой водкой. Не считая его, улица была пуста.
– Какая ж свора людей, кому понадобилось, чтоб этот человек умер. Одни говорят про Семикрылов, другие про демонов, а кто и про войско комендантское.
– Потому как у всех у них любовь к черному?
– Ответы ты ищешь, волк. Вот что известно. Кто-то забрался в дом Басу Фумангуру и убил всех до единого. Никто не видел никаких тел, и не было никаких похорон. Вообрази старейшину города Конгора, что умер без почестей, без похорон, без процессии знати во главе с лицом королевской крови, никто даже о смерти его не объявил. А меж тем вокруг дома его в одну ночь вырос дикий колючий кустарник.
– Что ваши старейшины говорят?
– Ко мне ни один не приходил. Ты знаешь, что его убили в Ночь Черепов?
– Я тебе не верю.
– Что была Ночь Черепов?
– Что ни один из этих болтливых растлителей детей не приходил к тебе с тех пор.
– По-моему, Семикрылы собираются постоять за Короля.
– По-моему, ты увертываешься от вопроса.
– Не так, как ты думаешь.
– Нынче, похоже, низкому народу все известно, что творят Короли.
Экоййе хмыкнул:
– Хотя… вот что мне известно. В тот дом наведались люди, среди них один или два старейшины. И может, один-два из Семикрылов. Один нездешний, они называли его Белекуном Большим – так уж люди шутят в этих краях. Это он не умел свои дырки держать на замке, особливо свой рот. Он приходил к нам еще с одним старейшиной.
– Как это ты помнишь все после трех-то лет?
– Это в прошлом году было. Пока оба они по очереди имели глухую девицу, мисс Уадада тоже слышала. Как они говорили, что им нужно найти это. И нужно найти это незамедлительно, иначе им грозит меч палача.
