– Тогда уж лучше и не трогать их, – произнес какой-то человек, и я вздрогнул.
Мосси улыбнулся:
– Мазамбези, тебя пламя привлекло или ты запах мой потерял?
– Вот уж точно: живешь с дерьмом, так и привыкаешь к его аромату.
Еще два префекта забрались на крышу, ни один из них Мосси ничего не сказал, зато оба смотрели на пожар, прикрывая рты от дыма, какой стал до нас добираться.
– И что мы делаем, когда любуемся тем, как горит наша история? – сказал Мазамбези.
– Мазамбези, – отозвался Мосси, – в твоих словах такая утрата звучит. Мы новый зал заполним.
– Как оно началось-то, ты знаешь?
– А ты разве не знаешь? Твои ребята…
– Какие-то люди в форме комендантского Войска, – поправил меня, перебивая, Мосси. – Я их сам видел, метали огненные стрелы в большой зал. Возможно, переодетые. Бьют нас в самое больное место.
– На это тоже надо будет свидетельство оставить. А где мы их хранить будем? – рассмеялся Мазамбези.
– Тебе надо взглянуть вон на тех, Мазамбези, у них все тела какой-то темной хитростью напичканы, – сказал Мосси, вновь поворачиваясь к мертвым телам.
В воздухе сверкнуло отраженным огнем пожара, и я заорал:
– Мосси!
Тот пригнулся, и меч Мазамбези рассек воздух прямо у него над головой. Пригнувшись, Мосси оступился. Один из префектов достал маленький лук и навел его на меня. Я бросился на крышу рядом с телом, в черепе которого торчал мой топорик. Вырвал его как раз тогда, когда в то же место ему на замену стрела впилась. Прыжком вскочив, я метнул топорик, и тот, измазанный, перевернулся и рубанул префекта посреди груди. Мазамбези и еще один префект вдвоем бились с Мосси на мечах. Мазамбези наседал на него, держа меч наперевес, как копье. Мосси увернулся и ударил его коленом в грудь. Мазамбези локтем сшиб его в сторону, Мосси упал и вывернулся из-под удара другого префекта, мечи их бросали отблески пламени на землю. Тот префект опять поднял меч, но Мосси лежа резко взмахнул мечом и отрубил ему стопу. Префект упал, вопя. Мосси вскочил и вонзил свой меч ему в грудь. Он стоял, тяжело дыша, и Мазамбези, подобравшись, рубанул ему прямо по спине. Я одним махом оказался между ними и взмахнул своим топориком. Его клинок наткнулся на мое лезвие, сила удара была такой, что Мазамбези отлетел и упал на кровлю. Поднялся, ошеломленный, ничего не понимающий, и тут уж Мосси оказался между нами:
– Хватит безумия, Мазамбези, ты ж называл себя неподкупным.
– Ты себя называешь красавчиком, и все ж я не понимаю, что женщины находят в тебе.
Мосси поднял меч, то же проделал и Мазамбези, и они пошли по кругу, будто вновь хотели схватиться. Прыжок – и я между ними.
– Следопыт! Он…
Мазамбези махнул мечом на волосок от моего лица, и я схватил клинок. Префекта это повергло в шок. Он рванул мечом, чтоб отрезать мне пальцы, но на них даже кровь не проступила. Мазамбези, ошеломленный, застыл. Два меча проткнули его насквозь со спины, выйдя из живота. Мосси выдернул свои мечи, и префект упал.
– Я бы спросил, как это, только разве мне…
– Сангома. Колдовство. Деревянным мечом он убил бы меня, – сказал я. Мосси кивнул, не принимая такого ответа, но другого добиваться не захотел. А я заметил: – Сейчас другие появятся.
– Мазамбези на других не был похож. Он говорил.
– У него это лишь немного получается. Он другим платит.
Мосси, повернувшись спиной, разглядывал толпу, ярко высвеченную пламенем пожара. Ругнувшись, он побежал мимо меня. А я за ним вниз по задней лестнице, прыгая, как и он, через три ступени. Он бросился в толпу. Я бегом за ним, но толпа нахлынула вперед, а потом волной откатила назад. Кто-то орал, мол, Конгор пропал, ведь откуда у него может быть будущее без прошлого? Толпа сбивала меня с толку, оглушала и ослепляла, пока я осознал, что опять чую запах архивариуса.
Мосси в темноте хлестнул его по щеке и хлестал, пока я его руку не перехватил. Хранитель книг съежился на земле.
– Мосси.
– Этот гаденыш говорить не станет.
– Мосси.
– Они поубивали мои книги, они поубивали мои книги, – бормотал архивариус.
– Позволь, я за тебя скажу. К тебе пришел человек и сказал: «Сообщи, если кто угодно явится и попросит документы Фумангуру». Пришел я, я спросил, где документы Фумангуру, и ты послал с сообщением голубя.
Архивариус, подтверждая, кивнул.
– Кто? – заорал Мосси.
– Один из ваших, – ответил я ему.
– Сунь свои выдумки себе в задницу, Следопыт.
– Единственное, что тебя обманывает, – это твои собственные глаза.
– Зачем они погубили мои книги? Зачем они погубили мои книги? – завывал архивариус.
– Еще посмотрим, что он знает и чего не знает.
Я подошел к Мосси вплотную:
– Послушай меня. Он ничем не отличается от Экоййе. Сказали ему только то, что могли доверить, то есть, по сути, ничего. В этом ему можно верить. Сказал ему все лишь посланный, а не пославший сообщение. Может, из комендантского Войска, может, нет. Кто-то одновременно и на шаг впереди нас, поджидает, когда мы подойдем, и на шаг позади нас, поджидает, куда мы двинемся, чтоб пойти следом. Видно, весь последний час за нами следили, и следивший наслушался достаточно.
– Следопыт.
– Послушай меня.
– Следопыт.
– Что?
– Архивариус.
