– Тоже мне Ромео нашёлся! – злилась Маринка, Санёк ей совершенно не нравился. Но вкус поцелуя она запомнила и было в нём нечто будоражащее, бесстыдное и первобытное. Она бы хотела повторить эти ощущения, но уж точно не с Саньком. А потом появился Игорь Андреевич и она пропала. Она влюбилась в него сразу и бесповоротно, ещё в тот момент, когда директриса представила им нового педагога на торжественной линейке.
– Прошу любить и жаловать, – объявила она ученикам.
– Любить, любить, – стучало в висках у Маринки и она стояла, замерев от восторга, глядя, как новый учитель, галантно поклонившись детям, прошёл к своему классу, в котором ему дали руководство. К великому огорчению и сожалению Маринки, это оказался не их девятый класс, а малявки-пятиклашки. Что ж. Зато все уроки биологии были её! Жаль, что их было всего два в неделю, она была готова проводить время с любимым каждый день по все шесть уроков. В школе Маринка усердно старалась учиться, а по ночам вздыхала и порой плакала от невозможности открыться любимому в своих чувствах. Да и если бы она сделала это, забив на стыд и дистанцию, что бы он ей мог ответить? Она была ученицей шестнадцати лет, а он учителем. И хотя ему было всего двадцать три, и разница была не столь существенной, но эта пропасть социальных законов и морали казалась ей бездонной. Но ничего, она подождёт, а когда ей исполнится восемнадцать, она добьётся его любви. Обязательно!
Выбрав себе серую строгую юбку карандаш и белую приталенную блузу, Маринка схватилась за живот и охнула.
– Ты чего? – тут же обернулась к ней взмыленная Ольга Михайловна, она изнывала от жары, пытаясь под кучей сарафанов и блуз, которые она держала в руках, забирая у девчонок одну вещь и тут же подавая им другую, не задохнуться от духоты, царившей в помещении.
– Ой. Мне в туалет, кажется, приспичило. Живот скрутило.
– Вот ещё, невовремя, – недовольно пробурчала воспитательница, – Подожди, сейчас сходим все вместе.
– Да я и сама могу, что я, маленькая что ли? – насупилась Маринка.
– Я за вас отвечаю!
– Да что со мной сделается-то? Мы же не в первый раз на этом рынке, я знаю, где что находится, – не отставала Маринка.
– Ладно, иди, – сдалась Ольга Михайловна, – Только не задерживайся там надолго и никуда не сворачивай. Сделала дело – и марш обратно!
– Конечно, конечно, не переживайте вы так, я мигом, – Маринка притворно покорно закивала и тут же метнулась к выходу.
Сердце колотилось, как бешеное, когда она пронеслась в другое крыло и бросилась в тупик коридора, где раньше находился ломбард, но, к её изумлению, его там не оказалось. Дверь была закрыта на замок, вывеска тоже отсутствовала.
– Что ищешь? – окликнула её женщина из отдела с игрушками напротив.
– Тут ломбард, кажется, был…
– Переехал он. В западное крыло, место номер 58, кажется. Там спроси, подскажут.
– Ага. Спасибо! – поблагодарила Маринка и шустро рванула в другую сторону. Кулон, припрятанный в кармане накалился и теперь грел кожу сквозь толщу ткани. Девушка сунула руку в карман и ойкнула, обжёгшись. Взяв кулон через носовой платок, она извлекла его наружу и, осмотрев, убедилась, что он в порядке, только отчего-то стал горячим. Так, сжимая его в ладони, она добежала до нужного ей крыла здания. Отыскав не без труда нужный отдел, она вбежала внутрь. Полный мужчина средних лет, одетый в широкую голубую футболку с потными подмышками, уставился на неё.
– Здравствуйте, слушаю вас!
– Я… это, – Маринка вдруг резко заробела, но тут же взяла себя в руки, – Мне нужно показать вам одну вещицу. Хочу её сдать.
– Что ж, выкладывайте сюда, – мужчина кивнул на блюдце, стоявшее на прилавке, – Поглядим, оценим.
Маринка положила солнце на прилавок и стала наблюдать за действиями хозяина. Тот внимательно осмотрел кулон, покрутив его в руках, потёр пальцами, затем ветошью.
– Странная штуковина. А откуда у тебя такая?
– Это бабушкин! – выпалила Маринка, – Она попросила меня сдать.
– А паспорт у тебя имеется? – с сомнением поднял бровь мужчина.
– Конечно! Вот, – Маринка вытащила из сумочки документ и протянула его хозяину ломбарда. Мужчина ознакомился и вернул паспорт девушке. – Жди здесь, я сейчас.
Отойдя за ширму, створки которой смыкались неплотно, он склонился над столом и принялся производить с кулоном какие-то манипуляции, капая на него из пипетки, протирая и разглядывая под лупой. Действия затянулись и Маринка начала нервничать, Ольга Михайловна рассердится и может из-за неё наказать всех остальных. То-то же потом девчонки будут ей «благодарны». Наконец, мужчина вернулся к стойке и, положив кулон на место, произнёс:
– Не приму. Вещь – безделушка.
– Как безделушка? – удивилась Марина, – Разве это не золото и платина? Ну вот же, жёлтенькое и беленькое.
– Не всё то золото, что блестит. Знаешь такую поговорку? – ухмыльнулся тот в ответ.
– А из чего же он тогда сделан? – вопросом на вопрос ответила Маринка.