– Вам понятна суть последней способности? Это ведь извращенная отсылка к тому, как Иисус являлся своим ученикам уже после воскресения. Истинная билокация. Вы знакомы с делом отца Пио?
– Это итальянский священник, который, как уверяли свидетели, владел билокацией, – вспомнил Виктор. Потом посмотрел на запястья священника и тихо добавил: – И у него были такие же раны, как у вас.
– Да, он приобщился к страстям Христовым. Ему позволено было разделить малую толику боли, которую испытывал Спаситель.
– Как и вам, полагаю.
– Такое невозможно предугадать. Христос не посылает никому стигматов, не дает способности их обрести, не причиняет страданий. Стигматы приобретаются через близость к Господу как физическое проявление сопереживания нашему Спасителю.
– Что вам известно про Ахримана и про веру в него Дария?
– Ахриман растлевает. Он опоганил этого человека, которого вам теперь не победить. Сейчас его может одолеть лишь собственная вера.
– Речь о правосудии, а не о вере, – мрачно возразил профессор.
– Вера – это то, что соединяет нас с Богом и позволяет святым творить чудеса. А значит, она позволяет и Ахриману действовать через этого человека. Вы должны разорвать их связь.
Виктор очень старался, чтобы в его голосе не звучало нетерпение.
– Вы говорите о гримуаре?
– Гримуар – всего лишь пустой сосуд, инструмент, который Ахриман использовал, чтобы укреплять веру своих последователей. Манипуляция человеческим разумом.
– Вы прочли его? – уточнил Виктор.
– Как можно защититься от того, о чем не имеешь представления?
– В нем наверняка есть подсказки. Может, там описан ритуал, который Дарий должен провести в конкретном месте?
– Конечно, – подтвердил священник. – Ритуал – это первый шаг к вере, хотя, по сути дела, в нем нет необходимости. Истинная вера встречается крайне редко, и, следовательно, Ахриман должен убедить своих последователей, что они могут заслужить его благосклонность. Ужасные, ужасные вещи предлагаются им в гримуаре: нечестивые поступки, которые нужно совершить, богомерзкие обряды, без которых якобы не обойтись.
– По-вашему, любой может обрести эти способности, если его вера достаточно сильна? – уточнил Виктор.
– «Истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: “перейди оттуда сюда”, и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас» [25].
Виктор разочарованно уставился на незрячего священника.
– Но есть предел, ограничение, – продолжал тот. – Дабы укрепить веру последователей, гримуар утверждает, что нескольких любимых учеников одновременно у Ахримана быть не может, такой ученик всегда лишь один. Только ему достаются все три способности.
– Простите, отче, но все это не поможет мне найти Дария. Мне нужно что‑то более определенное. Вам известно, чего боятся адепты Ахримана? Возможно, есть какая‑нибудь реликвия времен первоначальной ереси?
– Я же говорю вам, реликвии ничего не значат. Любому богу важна не буква закона, а вера, которую он дает. Именно веру вы должны использовать в качестве оружия.
– А я говорю вам, что во мне нет веры.
– Речь не о вашей вере, – прошептал отец Анджело, – а о вере Дария. Ахримана не победить, но его слугу победить можно. Разорвите связь.
– Из вас получился бы отличный религиозный феноменолог.
Монах смиренно сложил руки на груди. Виктору пришлось подойти ближе, чтобы услышать его тихое бормотание:
– «И увидел я другого зверя, выходящего из земли; он имел два рога, подобные агнчим, и говорил, как дракон. Он действует перед ним со всею властью первого зверя и заставляет всю землю и живущих на ней поклоняться первому зверю, у которого смертельная рана исцелена; и творит великие знамения, так что и огонь низводит с неба на землю перед людьми. И чудесами, которые дано было ему творить перед зверем, он обольщает живущих на земле… число его шестьсот шестьдесят шесть».
– Откровение Иоанна Богослова, глава тринадцатая, – кивнул Виктор. – При всем уважении, отче, цитирование Апокалипсиса делу не поможет. Дарий – дьяволопоклонник, последователь Ахримана, потому что верит, будто тот наделил его властью и сверхъестественными способностями. Ахриман и зороастризм не имеют никакого отношения к христианству, за исключением общности мифа.
Тело священника на койке содрогнулось в конвульсиях, и ему потребовалось несколько мгновений, чтобы снова прийти в себя.
– Не обманывайтесь. В этом мире, в этой Вселенной существует единственная сила зла, и не имеет значения, как ее называть. Сатана, Ваал, Иблис, Мара, Кали, Тиамат, Ахриман – эти имена придумали люди. Я цитирую слово Божье таким, каким его знаю, и пользуюсь данными мне Богом инструментами, чтобы со всем смирением понять часть замысла Создателя.
– Я не оспариваю существование зла, – сказал Виктор. – Что я оспариваю, так это существование дьявола с рогами и красными вилами, который сбрасывает человеческие существа в девять кругов ада. Или существование мифологического создания по имени Ахриман из персидской легенды, которое создало книгу, позволяющую одному из его последователей перемещаться по всему свету, сея убийства и хаос.
