Он понимал, что Дарий с самого начала играл с ним, оставляя подсказки, чтобы Виктор следовал по ним. Приходилось признать, что старый знакомый одержал над ним верх, играя на ненасытном любопытстве и гордыне профессора. А решение использовать девушку было просто гениальным.
Разумеется, Дарий прибегал к хитрости, организуя смерть своих жертв в огне, и у него наверняка был помощник – возможно, этот самый тип с ножом, – который устраивал убийства при помощи ядовитого газа. Или, подумал Виктор, вероятно, Гассомиан привлек девушку. Контроль разумов, к которому прибегают в сектах, давно изучен и достаточно силен, чтобы заставить адептов убивать, начиная с «Семьи» Чарльза Мэнсона и заканчивая резней в Джонстауне и терактом секты «Аум синрикё» в токийском метро.
Виктор был уверен, что огонь загорался от крошечного воспламеняющего устройства, и предположил, что мантии жертв предварительно пропитали жидкостью для розжига. Чтобы нейтрализовать ее действие, он уже тщательно выполоскал свою мантию и, надеясь привести ее в порядок к нужному часу, повесил на сушилку для полотенец.
Про сульфурилфторид Радек знал тоже, а значит, единственной загадкой оставалось непонятное появление перед убийствами таинственной фигуры в мантии. После смерти Гарета Виктор обшарил каждый дюйм его комнаты в поисках какого‑нибудь проектора или диктофона, но тщетно. Как же Дарий это делает?
Вода все лилась на профессора, не столько наводя на мысли о последнем очищении, сколько напоминая об ошибках, которые он совершил, и вызывая неизбежное сожаление о том, что жизнь прошла в погоне за неизвестным, а не в попытке создать домашний очаг.
Виктор потянулся за неначатым куском мыла на изукрашенном блюде. Все детали до последней в этой спальне были продуманы так же тщательно, как и восхождение Гассомиана к власти. Профессора беспокоило вот что: пропитать мантию жидкостью для розжига – слишком простое, слишком очевидное решение. На уме у Дария должно быть что‑то похитрее.
Продуманы все детали до последней.
Внезапно пришло осознание, и рука Виктора застыла в воздухе, не завершив движения.
Грей проснулся от трезвона будильника, выскочил из постели, потянулся за пистолетом и лишь потом вспомнил, где находится.
Со слипающимися глазами и ноющими ранами он проглотил еще горсть ибупрофена, собрал папки и поспешил покинуть дешевый номер отеля. На то, чтобы добраться до следующей цели, интернет-кафе в двух кварталах от гостиницы, не ушло много времени. Прежде чем войти туда, Доминик позвонил Жаку Бертрану.
– Есть новости от Виктора? – сразу спросил тот.
– У него неприятности, – заявил Грей, – я в этом уверен.
– Мы бросили все силы на защиту папы и главных архиепископов. Даже не знаю, чем вам помочь.
– Мне нужны две вещи: кое‑какая информация и чтобы ваша рука до конца дня постоянно лежала на трубке.
– Oui, конечно. Какая именно информация?
– Пусть кто‑нибудь выяснит все, что можно, про O.N.E. Enterprises, – сказал Грей. – Это холдинговая компания Ордена нового просвещения.
– Хорошо.
Грей рассказал интерполовцу о стеклянной штаб-квартире в Восточном Лондоне, хотя было ясно: тамошняя полиция Виктору не поможет, ведь совершенно непонятно, что именно она должна делать. Остро ощущая горечь и разочарование, Грей сражался с яростью, когти которой нещадно терзали его душу.
Он зашел в кафе, заказал тройной эспрессо и скользнул в кресло, с которого был виден вход. Посетители отсутствовали, лишь в углу что‑то печатала девушка в очках.
Первый час Грей перерывал Сеть, ища упоминания O.N.E. Enterprises, но ничего не нашел. Фирмы не было даже в реестре корпораций на государственном сайте компаний.
Грей откинулся на спинку кресла, барабаня пальцами по коврику мыши. Чтобы найти Виктора, оставалось чуть больше четырнадцати часов. А эта компания может быть зарегистрирована в любой точке мира, и не исключено, что на ее поиски уйдет несколько дней.
С другой стороны, за время службы в армии Грей узнал из эпизодических контактов с юристами, что в большинстве стран корпорации, ведущие там бизнес, должны иметь своего зарегистрированного представителя, и поиск в Сети подтвердил, что в Великобритании дела тоже обстоят именно так. К несчастью, в Соединенном Королевстве информация о подобных агентах не была общедоступной, и Грей написал Жаку, чтобы тот попытался ее отыскать.
Тут его осенило. Большинство компаний используют в качестве агентов гигантские специализированные корпорации, но те, что поменьше или не хотят афишировать свою деятельность, часто прибегают к услугам собственных адвокатов. Шансов было мало, но Грей знал в Англии одного связанного с Дарием адвоката, который находился прямо тут, в Лондоне.
Чем больше Грей думал об этом, тем сильнее ему хотелось выяснить, много ли адвокату Алеку Листеру известно о Дарии, Ордене нового просвещения и O.N.E. Enterprises. Грей и раньше не доверял Листеру, а сейчас и подавно. Он готов был биться об заклад, что Алек приложил руку к смерти Йена Стока и знает куда больше, чем говорит.
Последняя зацепка.
Но других вариантов не было.
