Кстати, опытным путем выяснилось, что общаться со мной может только Эмерента. Во всяком случае, все остальные деревья молчали, и если в случае с Теретеем можно было предположить, что он еще не научился этого делать в силу своего юного возраста, то насчет остальных я не знал что и думать.
Вполне возможно, что Эмерента разговаривала со мной на правах старшего живого дерева или что-то такое. Я же не знаю, какие у них там порядки заведены. Вот если мой Бродяга со временем полностью трансформируется в нечто подобное, тогда у него и поспрашиваю.
Обратно мы шли довольно бодро. Во-первых, порядком замерзли, а во-вторых, пошел мерзкий и неприятный дождь со снегом, который придал нам дополнительного ускорения.
Дружной компанией мы направились в главный корпус. Сначала отогрелись несколькими кружками горячего какао в столовой, а потом наши пути разошлись. Рябинина ушла в свой кабинет, чтобы срочно заняться написанием статьи для магического еженедельника «Современная магия».
Самый скучный цифровой журнал про магию, который только попадался мне на глаза. В основном всякие умные статьи, от которых у меня голова начинала болеть. Как можно писать такими скучными и длинными словами, просто караул. Самое интересное, что это еще кто-то читает. Не удивлюсь, если только преподаватели магических школ и университетов.
Ну а мы с Нарышкиным направились в общагу. Он хотел в горячий душ и под теплое одеяло, а вот у меня были другие планы. Перспектива схлопотать завтра пару отработок меня никак не устраивала, поэтому я решил посвятить сегодняшний вечер углубленному изучению теории создания стихийных эликсиров. Хотелось произвести на Компонента хорошее впечатление.
В руках с планшетом я и заснул. К сожалению, намного раньше, чем планировал. Поэтому не могу с уверенностью сказать, что завтра сражу Щекина своими поразительными знаниями. Однако основные моменты я все-таки уловил, так что полным остолопом явно не буду выглядеть. Именно с такими мыслями я и направлялся в условленное время к подземной оранжерее.
— Не переживай, мой мальчик, если Щекин захочет, ты будешь выглядеть полным идиотом даже если вызубришь все книги по алхимии наизусть, — решил приободрить меня Дориан. — Этот тип всегда найдет возможность показать тебе насколько ты безнадежен.
Один из тех моментов, когда я был полностью согласен со своим другом. Как это не прискорбно, но дело обстояло именно так. Компонент был скупым на комплименты для учеников.
К тому моменту когда я пришел, наставник был уже там и подвязывал тяжелые листья черного ползовика, которые напоминали огромные лопухи. Хотя Щекин был строгим и требовательным, мне нравилось его отношение к делу, и я всегда удивлялся — как он все успевает?
И за растениями в оранжереях приглядывать, и за животными своими ухаживать, и компоненты ночами собирать, еще и нам преподавать. Просто титан какой-то, а не человек!
— Ты забыл про «Тигель» и «Арканум», — напомнил мне Мор. — Он еще и для кружков своих время находит. Кроме того, еще и с тобой отдельно занимается.
— Я и говорю, что не человек, а просто монстр какой-то…
— Как настроение, Темников? — спросил меня Компонент, не отрываясь от своего растения.
— Отлично, Борис Алексеевич. Настроение боевое, готов работать хоть до утра! — отрапортовал я.
— Ага, как же… Так я тебе и поверил… — усмехнулся он, затем обернулся ко мне и посмотрел на мои ботинки. — Ты что, всю грязь в школьном парке собрал? У тебя на ботинках такой слой, что ты выше на полметра стал…
— Так там дождь же идет, сами знаете, — сказал я. — Сюда же дорожки не проложены…
— Вон там стоят несколько туфель, выбери себе любые. Нечего в лаборатории грязь разводить, — велел он. — В следующий раз со своей сменной обувью будешь приходить.
Я подошел к туфлям, на которые он показал и сильно удивился тому, что увидел. Это были не просто туфли, а допотопные изделия, которые изготовили лет триста назад, а может быть и больше. Когда-то давно они были лакированными, но теперь выглядели довольно жалко. Еще пряжки эта странные, каблук сантиметров пять…
— Обувай, чего ждешь? — спросил Компонент.
— Борис Алексеевич, они же древнее «Китежа», по-моему…
— Ну и что с того? Из-за этого они не перестают быть туфлями, — пожал он плечами. — Так что давай, поторапливайся. Не бойся, не развалятся.
Я переобулся и почувствовал себя немного странно. Да что там, даже не немного, а очень странно. Попробовал сделать несколько шагов… Вроде нормально, упасть не должен. Как они ходили вообще с такими каблучищами, я понять не могу? Неудобно же…
— Удобно? — спросил Щекин и мне показалось, что ему приходится сдерживать себя, чтобы не рассмеяться.
— Ну такое… — честно ответил я.
— Если хочешь, можешь надеть вон те, с черными бантиками. Мне кажется, они пошире, — участливо посоветовал наставник. — И каблук там пониже.
— Спасибо, Борис Алексеевич, я лучше в этих с пряжками останусь, — сказал я. — Боюсь из тех у меня нога выскальзывать будет.
