Пока официанты расставляли перед нами тарелки и заставляли стол разнообразными блюдами, все дружно занялись подготовительными делами. Девчонки шептались о чем-то своем, а я между делом спросил у княжича почему он так долго сюда добирался, стараясь не смотреть на стол и блюда, один вид которых заставлял мой рот наполняться слюной.
— Колесо пробили, — отмахнулся Нарышкин. — Пока поменяли, туда-сюда…
— Понятно. А что у тебя с лицом?
— В каком смысле? — спросил Лешка и схватился за подбородок, видимо испугавшись, что большей его части теперь у него нет. — Вроде нормально все было.
— Да у тебя такая рожа была пока ты от машины шел, как будто тебя директором школы выбрали или временно исполняющим обязанности Романова, — сказал я.
В этот момент сервировка закончилась и я наконец услышал долгожданный голос официанта:
— Если что-нибудь понадобится, вот звонок. Приятного отдыха, дамы и господа, — сказал он и вышел из арендованного Нарышкиным отдельного кабинета.
Как только за ним закрылась дверь, мы с Софьей вопросительно уставились на Лешку, в надежде получить ответ на вопрос, который нас с ней мучил уже последние пару часов. Однако, он решил, что спешить нам некуда.
— Для начала предлагаю разделаться хотя бы с салатами, — сказал он. — Судя по глазам Темникова, он сожрет меня раньше, чем я успею рассказать, зачем мы здесь все собрались.
Согласен, тоже неплохой вариант. Возможно, так будет даже лучше. После прогулок на свежем воздухе мы с Вороновой и правда чертовски хотели есть. Поэтому спорить с княжичем никто не стал и все молча принялись за дело.
Вот что было хорошо в «Самоваре», так это еда, которая была здесь просто очень вкусной. Бывают заведения, где дорого просто потому, что так сложилось по каким-то причинам. Например, оно какое-то модное или что-то еще. К счастью, «Самовар» был не из тех. Здесь было очень дорого, но и очень вкусно.
Как только мы закончили с салатами и закусками, княжич вызвал официанта и сказал ему, что пришло время подавать горячее, а сам между тем перешел к делу. Оказалось вот что…
— Аня уже в курсе изменений, которые произойдут в «Китеже» после осенних каникул, но кроме нее из учеников пока об этом больше не знает никто, — начал он и посмотрел на меня.
— Это ты намекаешь, что я буду вторым? — спросил я, не удержался и взял с тарелки еще одну корзинку с крабами. Уж очень они были вкусными. — Какая честь, дружище… Давай не томи, а то я уже весь вспотел от волнения.
Я сунул корзинку в рот, а княжич между тем набрал в грудь воздуха и сказал:
— В школе будет создана элитная группа целителей, в которой будут состоять исключительно лучшие ученики «Китежа», — с гордым видом сообщил он. — После несчастного случая с Москвиным, было принято решение, что это будет не лишним. Даже очень полезным.
— Кружок какой-то? — спросила Воронова, за что получила в ответ взгляд-молнию от Нарышкина.
— Кружок… — скривился он и приосанился. — Я бы назвал это скорее секретным орденом. Курировать его деятельность будет лично Дементий Брониславович Веригин, так что, я думаю, вы понимаете всю серьезность этого объединения.
— Еще бы, — кивнул я и посмотрел на тарелку с корзинками, размышляя не взять ли мне еще одну. — Насколько я понял, тебя туда взяли как одного из самых лучших учеников?
В том, что это именно так и было, я даже не сомневался. В этом нужно отдать Лешке должное. Он хоть и проводил много времени со своими девчонками, про уроки княжич не забывал никогда.
Если вставал вопрос, что выбрать — прогулку в школьном парке или учебу, обычно он предпочитал второй вариант. Честно говоря, этим он меня время от времени порядком раздражал. Ботаник, блин…
— Бери выше, Макс. Я согласился взять на себя должность председателя. Только даже не думай мне что-нибудь говорить по этому поводу, — предупредил он, глядя на меня и видя, что я как раз открыл рот, собираясь прокомментировать его назначение. — Веригин мне сам предложил, и я не сразу согласился, между прочим.
— Вообще-то, я собирался сказать, что ты молодец, — улыбнулся я. — Так что зря ерепенишься. Должен же быть какой-то толк от того, что ты просиживаешь до утра над своими учебниками. Я вообще считаю, что «Китеж» перед тобой в большом долгу! Так что поздравляю, Леха!
Я поднял вверх стакан с апельсиновым соком, который решил пить в этот вечер. Нарышкин еще несколько секунд подозрительно смотрел на меня, ожидая еще какого-то дополнения с моей стороны, но так как его не последовало, то тоже взял в руку свой стакан
— Стоп! Погодите-ка! — сказал я, как только девчонки последовали нашему примеру. — А название? У каждого приличного школьного кружка должно быть свое название! Вы уже над этим подумали?
— Само собой, Макс, — расплылся в улыбке Нарышкин. — Он будет называться «Медика»! Как тебе?
— Круто! — одобрил я. — Ты придумал?
— Ну… Скажем так, я тоже принимал в этом участие… — уклонился он от прямого ответа.
