Один тоскливый куплет сменялся другим, за ним шел следующий и, если бы Лакри не пихала меня в бок своим острым локотком, то боюсь, что я бы, к стыду своему, заснул на лавочке под однообразное завывание гнома.
Наконец он замолчал и начал поочередно омывать Валькирию из трех кувшинов. Сначала вином, потом пивом, а в заключении медом. После всех этих издевательств Нарциссе было разрешено забрать малышку, чтобы выкупать ее в теплой воде.
К чести дочери Хорнборна, выдержала она все это ни разу не пискнув. Даже попыталась утащить с собой булаву, когда Нарцисса поднимала ее со щита, чем приятно порадовала своего папашу. Гном посчитал, что это хороший знак.
Ну а когда девчушку вернули обратно, пришел наш черед с Лакримозой. Мы поочередно пообещали стать для нее отличными духовными родителями и по возможности присматривать за ней в будущем, что бы не случилось с ее настоящими отцом и матерью.
Лакри со своей стороны сказала, что как только девочка подрастет и возьмется за ум, то она обучит ее всяким ведьмовским штукам. Ну а я сказал, что разучу с ней пару интересных заклинаний и развивающих игр со скелетами. Может быть, даже подарю ей зомби в качестве живой игрушки, если не будет огорчать своих родителей.
Лишь после этого, польщенный нашими словами Хорнборн, наконец позволил себе дать слабину и пустил первую за этот вечер слезинку. Затем крепко обнял нас вместе с Лакримозой, заставив наши тела трещать как сухие ветки.
— Макс-Дориан… Лакри… Друзья мои…
Эта часть стала финалом задуманного Хорнборном обряда, после которого Валькирию вместе с люлькой унесли в дальнюю комнату, а мы всей нашей дружной компанией расположились на свежем воздухе. Здесь заранее был подготовлен стол к вечернему угощению.
Чарующие ароматы давно уже манили собравшихся, так что за стол усаживались с большим воодушевлением. Как водится, пожелали Валькирии прекрасного здоровья, а ее родителям терпения, и принялись за дело. Никто не жалел себя, поэтому блюда и бочонки пустели с поразительной быстротой.
Уставший и осоловевший от сытного ужина, к себе в общагу я попал, когда до подъема оставалась всего пара часов. Уронив тяжелую голову на подушку, я закрыл глаза с одной мыслью — в моем распоряжении еще целых два часа!
Что же, не будем их терять… Спать… Срочно спать…
Великое Московское Княжество.
Москва.
Императорский дворец.
— Разрешите, Ваше Императорское Величество? — спросил Голицын, осторожно закрыв за собой дверь рабочего кабинета Романова.
— Какого черта вы еще спрашиваете, Василий Юрьевич, — вздохнул Император и устало потянулся. — Половина первого ночи… Знаете же, что вас сижу жду…
Дракон сделал несколько шагов по мягкому ковру и замер перед столом, ожидая разрешения присесть. Судя по хмурому лицу Александра Николаевича, настроение у него было не очень хорошим, а приятных новостей Голицын ему не принес.
В такие моменты Василий Юрьевич предпочитал соблюдать протокол до мелочей и не давать Императору лишних поводов еще больше нервничать. Ну и Романов, само собой, прекрасно понимал, что значит, если начальник тайной канцелярии стоит перед ним навытяжку, будто штык проглотил.
— Присаживайтесь, Василий Юрьевич… — сказал он и потер красные от недосыпа глаза.
Вообще-то, в течение дня Император использовал капли, чтобы подданные не видели его уставшим, но Дракон был одним из немногих, кто видел Романова в разных состояниях. Даже когда тот не спал несколько суток подряд, поддерживая себя лишь эликсирами, отчего потом выглядел не самым лучшим образом.
— Хотите? — спросил у него Александр Николаевич и достал тяжелую глиняную бутылку из ящика стола, который он использовал под мини-бар. — Вчера целители приперли. Какой-то древний рецепт из Карелии. Если не врут, бутылке не одна сотня лет.
— Не откажусь, Ваше Императорское Величество, — кивнул Дракон, что было вполне ожидаемо. Нужно быть полным идиотом, чтобы отказать Романову в такой мелочи, как распить с ним по рюмочке. Тем более в такой щекотливой ситуации.
Вскоре по кабинету разнесся насыщенный аромат трав, кореньев и ягод. Угадать их в отдельности не представлялось возможным, но запах был просто каким-то сумасшедшим. Голицын отлично знал, что хотя Романов и говорил, будто его заставляют пить бальзамы целители, сам Император был большим их любителем.
Под коллекцию Александра Николаевича в его загородном имении было выстроено отдельное помещение. В нем были соблюдены все требования, чтобы напитки лучше сохранялись, и выдержаны все условия.
Да и вообще, вряд ли существовал лучший подарок для Романова, чем бутылочка редкого бальзама, которого у него не было в коллекции. Правда достать такой было сложно, но возможно… Дракону это было хорошо известно. Время от времени ему удавалось удивлять Императора достойным экземпляром, чтобы тот пополнил свою коллекцию.
— Вроде бы ничего, — довольно крякнул Романов, пригубив немного напитка. — Может быть, даже и не сильно соврали насчет его возраста. Как вам?
