Как раз в этом-то особых проблем не было. Прошло совсем не много времени, как на стол Василия Юрьевича легла пухлая папка с пачкой фотографий и соответствующими комментариями. Оставалось только пришпилить их все к пробковым доскам, с которыми он любил работать, и протянуть разноцветные ниточки между фотографиями.
Сразу становилось ясно, кто здесь вассал, кто просто друг семьи, а кто вообще непонятно зачем оказался на этом школьном празднике жизни. Все это так… Вот только даже имея эту информацию, Дракон все равно упирался в тупик. Уж очень много здесь было людей, которые по тем или иным причинам могли всучить Ване Москвину этих гидр, а ни одного кадра, на котором это можно было бы видеть, на камерах не было.
Теперь вот и Волкова со Строгановым убили, уничтожив вместе с ними все возможные следы и информацию. Здесь явно дело рук сильного мага. Возможно, он даже не магистр, а архимаг. Если так, то будет непросто… Ой как непросто…
— Что остальные вассалы Строганова? — спросил Романов. — Уверен, они понятия не имеют, кто такой Темников.
— Так и есть, Ваше Императорское Величество, — кивнул Голицын, припомнив допросы еще двоих вассалов графа, которые сейчас сидели в подвале его ведомства и мучались вопросом, что с ними будет дальше, и как так вышло, что вместо теплой постели своих домов они вдруг оказались на холодном каменном полу тайной канцелярии.
— Наверное, много интересного рассказывают? — предположил Император.
— В основном про всякие аферы графа, — ответил Дракон. — Они думают, что их в связи с этим в тайную канцелярию и доставили. Насколько я понял, барон Беляев у Строганова в основном финансовыми шалостями занимался, а Савинов — большой специалист по судебным делам. Сами ведь знаете этот род…
— Да, те еще сутяги… — кивнул Александр Николаевич.
— Но к Максиму они не причастны, это совершенно точно, — уверенно сказал Василий Юрьевич. — Наши с ними особо не церемонились. Перед разговором обоим сыворотку вкололи, так что за правдивость информации ручаюсь. Нарышкина тоже на всякий случай проверили, мало ли… Все-таки не первый год они со Строгановым глотки друг другу грызут, сами знаете…
— Проверить стоило конечно, но не думаю, что это в стиле Николая Федоровича, — покачал головой Романов. — Если бы он захотел подставить графа, то нашел бы более изящный способ. Действовать через Темникова — слишком грубо.
— Вы правы, по нашим данным он здесь ни при чем, — кивнул Дракон. — Инициатива по похищению Максима принадлежала Строганову и, скорее всего, тому, кто расправился с ним и Волковым. Сейчас проверяем все контакты графа, но пока ничего интересного. Так… По мелочи…
— Что за люди? Стоит подыскать себе ко двору толкового молодого человека с хорошими способностями, как его тут же хотят спереть? Всем подавай готовенькое… — спросил Романов, и это был второй раз, когда он позволил себе улыбнуться сегодня. — Ну а что Щербаков? Где сейчас глава грозных «Рычащих львов»?
— Там, где и все остальные, в нашем подвале, — пожал плечами Голицын. — Все застенки нам провонял своим перегаром, скотина… Что он такого пил, я понять не могу? На него даже эликсиры похмельные поначалу не действовали.
— Счастливчик, можно сказать! — усмехнулся Александр Николаевич. — Единственный, кто остался в живых из участников этой истории.
— Само собой, взять-то с него нечего, — пожал плечами Дракон. — Кроме самого факта согласия во всем этом участвовать, разумеется. Но этого достаточно, чтобы он задержался у нас надолго.
— И все-таки жаль, что вам не удалось побеседовать с кем-нибудь из них, — с досадой щелкнул пальцами Романов. — Как же мне хочется узнать, за каким чертом Строганову понадобился Темников! И кому еще, кроме него!
— Прошу прощения, Ваше Императорское Величество… — вздохнул Голицын. — В следующий раз…
— Сплюнь, князь… Что за мысли? Какой «следующий раз»? Думай о чем-нибудь поприятнее, — посоветовал Император.
— Слушаюсь, Ваше Императорское Величество.
— Как там, кстати, мальчишка? — усмехнулся Александр Николаевич — «Китеж» не взорвал еще?
Школа магии «Китеж».
Кабинет директора.
— Одна… Две… Три… В общей сложности семнадцать докладных за один день. Солидно! Выходишь на новый уровень, Максим Александрович! Тебя же уже по имени отчеству нужно называть, правильно я понимаю? — сказал Орлов и потряс пачкой бумаг, которые держал в руке. — Просто «Максим» — это когда одна жалоба или две, а тут смотри сколько сразу! Еще немного, и докладные не тебя мне будут доставлять на особой тележке. Я ее специально для таких случаев заведу. Как мы ее с тобой назовем? Предлагаю «Черный экспресс»! Что скажешь? Или лучше «Темный экспресс»? Как тебе больше нравится?
— Второй вариант интереснее звучит, — честно сказал я, потому как считал, что врать в таких мелочах это просто не мой уровень. — С моей фамилией созвучнее…
