Ростовщика и Шишку мы обнаружили через несколько часов после высадки на берег. Ростовщик приехал всего двумя днями раньше нас – его задержали в пути встречные ветры и плохая погода. Лейтенант немедленно набросился на Шишку:
– Ты где ошивался, бездельник? – Шишка, естественно, превратил свое задание в затяжные каникулы. Такой уж он у нас лоботряс. – Ты должен был вернуться, когда…
– Я не мог. Мы свидетели по делу об убийстве. Я не имею права покинуть город до суда.
– По делу об убийстве?
– Ну конечно! Ворон-то погиб. Рост говорил, вы в курсе. Ну, мы позаботились о том, чтобы Вола засадили за решетку. А теперь нам нужно сделать так, чтобы его повесили.
– Где он? – спросил я.
– В тюряге.
Лейтенант обрушился на него, кляня и браня на все корки, а прохожие меж тем нервно косились на двух крутых парней, честящих друг друга на разных незнакомых языках.
– Нам нужно убраться с улицы, – предложил я. – Возьмите себя в руки! У нас и так забот хватает, незачем привлекать к себе внимание. Лейтенант, если ты не против, я хотел бы потрепаться с Шишкой. Пускай его парни проводят вас куда-нибудь, где вы сможете залечь на дно. Шиш, пошли со мной. И вы тоже. – Я указал на Молчуна, Гоблина и Одноглазого.
– А куда мы пойдем? – поинтересовался Шишка.
– Сам придумай. Туда, где мы сможем поговорить. По-серьезному.
– Ладно! – Он резво зашагал вперед, стараясь поскорее увеличить расстояние между собой и Лейтенантом. – Это правда? То, о чем он сказал? Что Капитан погиб и все такое?
– К сожалению, да.
Шишка потряс головой, пораженный мыслью о распаде Отряда.
– О чем ты хочешь узнать, Костоправ? – спросил он наконец.
– Обо всем, что тебе удалось выяснить. В первую очередь о Вороне. А также о парне по имени Аза. И о кабатчике.
– О Шеде? Я видал его на днях. По крайней мере, так мне показалось. Я даже не сразу понял, кто это. Он был одет совсем по-другому. Да. Рост говорил мне, что кабатчик смылся. И Аза тоже. Его я, по-моему, знаю, где искать. А вот Шеда… Ну, если он тебе так нужен, можешь начать поиски оттуда, где я его видел.
– А он тебя видел?
Мой вопрос озадачил Шишку. По-видимому, такая мысль попросту не приходила ему в голову. Он у нас маленько тугодум.
– По-моему, нет.
Мы вошли в кабачок, облюбованный иноземными моряками. Здесь толкалась разношерстная и такая же оборванная, как и мы, толпа, галдевшая на десятках наречий. Мы уселись за столик и начали беседовать на языке Самоцветных городов. Шишка говорил на нем не ахти, но все понимал. Я надеялся, что остальные посетители этого языка не знают.
– Ворон! – сказал я. – Вот о ком я хочу услышать, Шишка!
Он поведал нам историю, очень похожую на историю Азы, только чуть менее связную, что вполне естественно, когда рассказ исходит не из уст очевидца.
– Ты по-прежнему думаешь, что Ворон все подстроил? – спросил Одноглазый.
– Да. Это всего лишь интуиция, но я так думаю. Возможно, когда мы осмотрим место происшествия, я изменю свое мнение. Можете вы, ребята, как-нибудь определить, в городе он или нет?
Колдуны склонили друг к дружке головы и высказались отрицательно.
– Для начала нам нужна хоть какая-то вещь, принадлежавшая ему, – сказал Гоблин. – А ее у нас нет.
– Где Душечка, Шишка? И где корабль Ворона?
– А?
– Что случилось с Душечкой после того, как Ворон якобы погиб? И куда девался его корабль?
– Про Душечку я ничего не знаю. А корабль стоит на приколе в гавани.
Я переглянулся с колдунами.
– Мы посетим это судно, даже если придется прорываться туда с боем, – сказал я. – Помните, я спрашивал о бумагах? Аза не смог тогда сказать ничего вразумительного. Я хочу их добыть. Это для нас единственный шанс избавиться от Госпожи.
– Если Госпожа еще жива, – откликнулся Одноглазый. – А если Властелин на свободе – грош цена твоим бумажкам.
– Типун тебе на язык! – Без всяких на то оснований я убедил сам себя, что Госпожа победила. Очевидно, просто потому, что мне очень хотелось так думать. – Шишка, мы пойдем на корабль сегодня ночью. Так где все-таки Душечка?
– Я же сказал: не знаю.
– Тебе было велено найти ее.
– Ага. Но она пропала с концами.
– Пропала? Как это?
– Не «как», Костоправ, – сказал Одноглазый в ответ на оживленную жестикуляцию Молчуна. – «Как» – это вопрос несущественный. Когда?
– Ладно. Когда, Шишка?
– Я не знаю. Но начиная с ночи накануне гибели Ворона ее никто не видел.
– Ай да ну! – тихо и с восторгом промолвил Гоблин. – Лопни мои глаза, Костоправ, твоя интуиция тебя не подвела.
– Чего? – не понял Шишка.
– Она могла исчезнуть накануне только в том случае, если знала, что завтра что-то произойдет.
– Шишка, ты взглянул на то место, где они жили? – спросил я. – Побывал ты в их гостиничном номере?
– Да. Но кто-то побывал там до меня.
– Что?
– Номер кто-то почистил. Я спросил хозяина гостиницы. Он говорит, они не собирались съезжать. Заплатили, мол, за месяц вперед. Я подумал, что кто-то, прослышав о смерти Ворона, решил поживиться его имуществом. Если честно, то я грешил на Азу. Он почти сразу тогда исчез.
– И что ты делал потом?
