- Сейчас я испытываю очень странное чувство, будто только что поучаствовала в каком-то спектакле для умалишенных. И пусть в итоге нам удалось получить «якорь», я не могу понять, зачем это все было нужно. Почему ты сразу не сказал Люцу, что являешься сторонником Лорда? Зачем нам вообще надо было выдавать себя за магглов?
Отметив, как удивительно точно охарактеризовала любимая все приключившееся с нами непотребство, я улыбнулся и заметил:
- Солнышко, ты немного не права. Мы не пытались изображать магглов, а лишь продемонстрировали маггловские документы в качестве подтверждения наших личностей. И пусть мы понимаем, что эти доказательства не стоят и кната, отыгранный спектакль даст Малфоям полное право утверждать, что они не встречались с беглыми преступниками. Причем даже под зельем правды. Люциус может сколько угодно хорохориться, бравируя своими связями, но лично я вариант жесткого допроса с веритасерумом сбрасывать со счетов не спешу. Сейчас авроры жутко разозлены потерями и головомойкой от требующего немедленных результатов начальства, поэтому вряд ли станут держаться в рамках установленных процедур. А против подписанного Фаджем приказа даже страховка в виде коллег-пьянчужек из Визенгамота окажется бессильной. Так что Люциус наверняка будет нам благодарен за предусмотрительность.
- Согласна, в такой трактовке события обретают смысл, - после небольшой паузы признала кузина. – Но объясни тогда, почему ты аналогичными обиняками не объяснил Малфою, что на самом деле всегда был верен Лорду? Он же из-за твоей клятвы заподозрил в нас подсадных уток! Так почему вместо того, чтобы предоставить убедительные доказательства или хотя бы дать слово мне, ты намеревался напасть на Люциуса? Я же чувствовала – еще пара секунд, и от супруга Цисси мокрого места не осталось бы! Хорошо, авроры вовремя подоспели.
Последняя фраза из уст беглой Пожирательницы звучала странновато. Однако я понимал чувства Трикси и ответил максимально честно:
- Потому что я не был уверен, что Малфой отдаст мне крестраж добровольно.
- То есть, ты решил, что он тоже скован Обетом? Или… ты полагаешь, Люциус предал нас?!
Оценив округлившиеся глазки любимой, я тяжело вздохнул и принялся озвучивать свои недавние размышления:
- Давай оценим голые факты. За десять лет Малфой не оказал никакой помощи томящимся за решеткой друзьям, - я вскинул руки, не давая девушке возразить, и поспешно добавил: - Догадываюсь, ты хочешь сказать, что у него самого было крайне шаткое положение, и любая попытка облегчить узникам жизнь имела шансы обернуться немалым сроком в соседней камере. Однако средства для найма посредников у блондина имелись. И средства немалые. При желании, Люциус легко мог организовать осужденным Пожирателям толпу дальних родственников из Америки, которые регулярно передавали бы в Азкабан посылки с шоколадом и укрепляющими зельями. Он это сделал? – задумчивая Трикси отрицательно качнула головой. – Идем далее. Крестраж находился у Малфоя в течение десяти лет. Почему за все это время он не предпринял попытку возродить Лорда? Ты, конечно, можешь заявить, что Люциус вовсе не обязан знать о природе хранимого артефакта. Что все эти годы «якорь» Тома пролежал в шкатулке, а сам блондин, несмотря на богатую коллекцию накопленных предками знаний, и близко не догадывался о существовании простейшего способа достижения бессмертия, не проявлял здорового любопытства и лишь четко выполнял приказ господина. Все это вполне возможно. Но задумайся, почему Малфой выдал нам крестраж только после того, как я непрозрачно намекнул ему на тот факт, что у Лорда их несколько?
Услышав это, потрясенная до глубины души кузина выдала длинную непечатную фразу, заставив меня поморщиться. И где только нахваталась? Ах, да… Долохов, гребаный ты матерщинник! Хорошо еще, при племяшке старается не выражаться.
- Значит, пока мы все заживо гнили в Азкабане, эта крыса тихонько сидела себе в норке, наслаждаясь комфортом и уютом, хотя могла давным-давно вернуть Лорда! – со злостью воскликнула Трикси. – Да я его заживо освежую!
