- Халатов банных прикупи, у нас в семье пополнение, - вспомнив свой утренний променад, попросил я. - И заодно что-нибудь для поддержания «легенды». Запас бумаги, краски, цветные карандаши, мольберт, машинку печатную… Короче, на твое усмотрение, но чтобы мы могли в следующий раз показать Милтонам «рабочую обстановку».
- Понял, - кивнул Перевертыш и удалился, прихватив с собой племяшку.
Куда с горизонта слиняла тактичная Трикси, я не сообразил, пока не посмотрел аурным зрением. Или правильнее будет называть его энергетическим? Ведь оно позволяет мне видеть как энергию духовного спектра, так и содержащуюся в теле волшебника силу, вместе с прочими проявлениями магии, типа тех же амулетов. Ладно, пусть будет так, по праву первооткрывателя я торжественно нарекаю свое зрение энергетическим! Несмотря на то, что находящиеся под напряжением провода в стенах здания оно мне демонстрировать не спешило, м-да... Может, я не тем способом «прищуривался»? Надо будет поэкспериментировать на досуге.
В общем, выяснив, что кузине тоже понадобилось посетить туалет, я решил допросить Тони без свидетелей и безапелляционно приказал:
- Выкладывай!
Понизив голос, маг принялся колоться:
- Тут дело такое, склеили мы в баре парочку красоток. Девки – просто огонь! Молоденькие француженки – Люси и Жанетт. Веселые, смешливые, ноги от ушей, сочные груди, попки – загляденье, а мордашки хитрые, как у лисичек. Я даже подумал, что они сестры, просто с разными фамилиями и предпочтениями в выборе краски для волос. Что удивительно, растрясти наши кошельки красавицы не пытались, выпивали в меру, а потом сами же предложили углубить отношения и снять номер в отеле. Я согласился сразу, но до последнего думал, что это какая-то ловушка. Ну не бывает все настолько хорошо! Чтобы симпатичные девки сами уговаривали тебя на секс – такое возможно только во влажных мечтах, не мне тебе рассказывать. Но нет, никаких сюрпризов не случилось. Видимо, за время нашей отсидки нравы у магглов стали не такими суровыми, или у лягушатников с отношениями без обязательств все намного проще. Мы быстро сняли четырехместный «люкс» и разошлись по комнатам… Брат, ты просто не можешь себе представить, что со мной вытворяла Люси! Она оказалась такой гибкой и страстной… Ум-м! - Антонин мечтательно закатил глаза.
- Давай ближе к делу! – попросил я героя-любовника.
- Короче, оторвались мы с ней по полной программе, за что огромное спасибо тебе и твоей магии! Я даже в юности так не отжигал. И вот представь, моя уставшая, но очень довольная партнерша отправляется в душ, я выхожу следом, чтобы потереть ей спинку… ну, ты понимаешь… И вижу в зале Барти, который одиноко сидит на диване и надирается алкоголем из гостиничного холодильника. Я уж было подумал, что у парня проблема с потенцией, даже посоветовал ему быстренько вернуться на базу и попросить тебя подлечить неработающий агрегат. Но оказалось, дело не в нем. После десяти лет простоя у Барти возникло сексуальное недержание. Он признался, что первый раз кончил прямо в штаны, едва полапав грудь Жанетт! Второй раз отстрелялся, когда она полностью разделась, а третий, когда сердобольная девушка решила помочь ему привести член в работоспособное состояние. Вот и представь, каково было Барти! Вроде бы, и удовольствие получил, а сам даже в партнершу не вошел. Не удивительно, что парень поспешил залить свое горе.
Я задумчиво почесал в затылке:
- Это как сильно он успел надраться, что признался тебе в подобном?
Долохов замялся:
- Ну, вообще-то, причину скорострельности я нашел сам. А Барти утверждал, что это ты постарался – специально закоротил что-то в его мозгах, чтобы он опозорился. Видимо, со злости он толком не понимал, что говорит. Да и алкоголь развязал язык…
- Это на него похоже, – невесело констатировал я. – Что дальше было?
- Ничего особенного. Отвыкнув за время заключения от воздействия крепкой выпивки, Барти быстро вырубился, а я отправился извиняться за своего товарища перед Жанетт. Извинился, причем не один раз… А потом из душа вернулась Люси и присоединилась к нам…
На лице Долохова снова появилась широкая довольная улыбка, глядя на которую, мне захотелось прописать своему бывшему пациенту полкило лимонов. Впрочем, его чувства говорили, что это вряд ли поможет. Услышав очередную трель и опознав ауру Руквуда, я попросил Тони для удобства наделать всем дубликатов ключей от дома, и пошел открывать дверь бывшему невыразимцу. Судя по легкой полуулыбке и приподнятому настроению, нашему ученому медведю ночью тоже нехило обломилось. За ним, как белый человек - на такси, прибыл Трэверс, а ровно в двенадцать на пороге нарисовались Друммонд, Джагсон и Мальсибер.
