В отличие от волшебников, отделавшихся, можно сказать, легким испугом, клану кошек фатально не повезло. Основную часть воительниц угробили во время наглого нападения, после чего разозленные потерями маги наведались в пространственный карман с ответным визитом, прихватив своих собственных демонов. Поскольку главным козырем Минеко была быстрота и скрытность, они ничего не смогли противопоставить мстителям. Защищавшие старейшин кошки быстро и бесславно погибли, и только сообразительная Шива решила кинуться не на инугами, увешанных защитными амулетами, а на державшегося позади волшебника, которого прикрывала пара Они с мечами-артефактами.
Расчет кошки оправдался. Маг заинтересовался странной хвостатой, полезшей с голыми кулаками на клинки, и приголубил ее оглушающим. Заклинание оказалось настолько мощным, что ему удалось на несколько мгновений дезориентировать кошку, которая из-за этого воздействия даже не смогла перейти в нематериальную форму. Именно это позволило захватчику без проблем упаковать Шиву в обычный свиток. Больше никто из жителей пространственного кармана не уцелел. Забрав все, что показалось полезным, победители вернулись восвояси.
Пространственная складка была впоследствии подарена союзникам, поскольку из-за своего не слишком удобного расположения, о котором знали все, особой ценности не представляла, а последняя Минеко стала трофеем. Правда, абсолютно бесполезным, поскольку была с ног до головы опутана цепями клановых клятв. В самом, что ни на есть, буквальном смысле. Пытавшиеся допросить ее мастера пострадавшего клана быстро махнули руками на Шиву, поскольку кошка на диалог не шла, и при любой возможности кидалась в атаку на врагов, как ей велели инструкции. Будь пленители поумнее, они бы заметили, что хвостатая демонстрирует далеко не полный спектр своих умений, да и на волшебников кидается лениво, вполсилы. Но они предпочли снова засунуть строптивый ушастый трофей в свиток.
Этот самый свиток не раз переходил из рук в руки. Шива сумела опознать представителей аж пяти японских кланов, которые по очереди пробовали вытащить информацию из ее головы, используя самые разные способы. Менталисты пытались проникнуть в ее сознание, но потерпели неудачу, столкнувшись с клановой защитой разума. Зеркальщики намеревались создать ее почти точную копию, которая не будет скована клятвами. Специалисты пространственной магии пытались отделить кошку от ее «магических цепей». Алхимики испытывали разные подавляющие сознание составы, которые очень быстро переваривал духовный организм девушки.
Последним оказался мой знакомый - Джихан. Тот после извлечения пленницы из свитка поместил девушку в сложную рунную конструкцию, которая принялась откачивать силу из кошки. Сяомин планировал «обесточить» магическую сеть, однако быстро понял, что скорее полностью разрушит душу Шивы, нежели лишит энергии структуру на ее внешней оболочке. Ну а после почти трех месяцев пребывания в свитке кошка вдруг очнулась на моем столе. Ее сознание было мутным, а клятвы из-за потери огромного количества силы не спешили заставлять Шиву кидаться в драку. Опрометчиво решив, что какой-то из экспериментов пленителей сработал, повредив цепи на ее душе, кошка попыталась сбежать и очутилась в коконе моей магии.
Обволакивающая аякаси сила была настолько приятной, что Шива замерла на месте, ни о чем не думая и наслаждаясь вливающейся в нее магией. Но стоило мне только напомнить об уничтоженном клане, как цепи клятвы дернулись, вынуждая кошку действовать. Некоторое время она старательно уговаривала себя, что рядом нет врагов, потом ухватилась за мысль пойти ко мне на службу. Когда же я по незнанию вынудил девушку полностью осознать свое положение, вернулась уже знакомая боль, которая с каждой секундой становилась сильнее…
История Шивы произвела на меня неизгладимое и очень тягостное впечатление. В основном, благодаря эмоциям девушки, которые я воспринимал крайне отчетливо, и которые при всем желании не удавалось заблокировать. Ведь это не банальная эмпатия с природной возможностью уменьшения информационного потока, а глубокая духовная связь. Именно она доказывала, что кошка не лукавит, пытаясь вызвать у меня сочувствие и жалость, которые укрепят проявленную к ней ранее симпатию. Нет, судя по чувствам, нэкомата даже приуменьшала, рассказывая о зверствах, творимых над ней соклановцами.
