Из журнала Диапазон: Вестник иностранной литературы №3, 1994.
Знаменитые сказки Марселя Эме переиздаются во Франции и по всему свету уже шестьдесят лет. В 1992 году наконец повезло и нашим детям, правда, благодаря французской программе «Пушкин», — книга вышла в издательстве «Текст» при поддержке МИД Франции и французскою посольства в Москве.
Однако есть сказка, которую не переиздают, только однажды, в полном собрании сочинений Марселя Эме, выпущенном в 1977 году издательством «Фламмарион», она все же была перепечатана, но тут уж, как говорится, «noblesse oblige» — полное, так полное. Это было очень дорогое, а стало быть, мало кому доступное издание большого формата в переплете из натуральной кожи.
Речь идет о сказке «Черный петушок», впервые увидевшей свет в 1934 году (кстати, замечательные иллюстрации к этой книжке нарисовал Натан Альтман). Почему же она оказалась в опале?
Скорее всего, причиной тому стало обвинение в «антидемократическом» характере сказки. Кто-то из ярых «левых» в тридцатых годах усмотрел в «Черном петушке» пародию на Народный фронт. Но ярлык прилепился, и Франция, кичащаяся своей демократичностью, отказалась от одной из самых блестящих сказок Эме, будем надеяться, не навсегда.
Как всякое подлинное произведение искусства, эта сказка не устарела, напротив, нынешняя наша российская ситуация, вплоть до действующих лиц, порой напоминает события из «Черного петушка». Когда слишком много и слишком красиво говорят о демократии, свободе и справедливости, не вредно перечитать эту злую, но очень умную и тонкую философскую сказку.
По дороге в школу Дельфина и Маринетта встретили на лугу черного петушка, торопливо шагавшего среди высокой травы.
— Ты куда, петушок? — спросила Маринетта.
— Куда иду, туда иду, — даже не повернув головы, ответил петушок, — а болтать мне некогда.
Было совершенно ясно, что откровенничать он не расположен: шел себе и на ходу чистил клювом перышки своего жабо, а в его золотистом глазу мерцал злобный огонек. Маринетте было обидно, что петушок так сердито ответил ей.
— И с чего это он развоображался? — шепнула она на ухо сестренке. — Какой-то никчемный петушок, а…
— Он всегда был слегка заносчив, — сказала Дельфина, — но вряд ли он настолько дурно воспитан. Наверняка знает, что ты вчера получила целых две плохих отметки, вот и не хочет с тобой разговаривать.
— Раз уж он все знает, должен тогда знать, что я их вовсе не заслуживаю.
Пока они спорили, петушок ушел довольно далеко; в густой траве виднелось только яркое красное пятнышко — его гребешок. Дельфина побежала за петушком, обогнала его и присела перед ним в реверансе.
— Петушок, моя сестричка очень любопытная, и ей хотелось бы узнать, куда это ты, с такими красивыми перышками и таким ярким гребешком, идешь?
Черный петушок остановился. Он был доволен, что его перышки и гребешок оценены по достоинству. Распрямившись, он встал на одну ножку, поджал другую и раздул свое пушистое жабо.
— О, малышки, иду я издалека, а пойду еще дальше. Я вот уже и речку по мосту перешел!
Маринетта, стоявшая за спиной петушка, несколько позади, пожала плечами и посмотрела на сестру, словно хотела сказать: «Речку он перешел, хм…, скажите пожалуйста… я-то ее, эту речку, каждый день перехожу!». Но она была девочкой вежливой и промолчала, а Дельфина заговорила снова:
— Скажи-ка, петушок, а зачем ты отправился в такое большое путешествие?
— Это целая история, девочки, целая история (и он еще больше раздул перышки на шейке). Когда я думаю об этом… О! Как я разгневан, знали бы вы! Только представьте себе, сегодня ночью — и это в третий раз за две недели! — лиса опять бродила вокруг курятника. Она знает, что я крепко сплю, вот и пользуется этим, но будьте покойны, я не допущу, чтобы ей и дальше так сладко жилось. Пусть радуется, что на этот раз ей повезло и я не проснулся…
Маринетта еле сдержалась, чтобы не расхохотаться. Она воскликнула:
— Но, петушок, ведь лиса съела бы тебя! Ты же совсем маленький!
Тут петушок резко обернулся и посмотрел на нее, гребешок его дрожал.
— Совсем маленький? Да вы что! Мы еще посмотрим… Смелость, — вот что главное, а мне ее не занимать, слава тебе Господи. Лиса сегодня ночью опять от меня ускользнула, но знайте: я покинул курятник еще на заре и отправился в путь, чтобы добраться до леса. Я сумею отыскать лису там, где она прячется, и уж спеси я ей поубавлю!
И он принялся ходить кругами, закинув голову назад, а так как голос у него был довольно красивый, его ораторское искусство произвело на девочек большое впечатление. Маринетте расхотелось смеяться, и петушок смягчился.
— Если хотите, можете оказать мне услугу. Я не совсем уверен, что правильно выбрал дорогу, трава здесь слишком высокая, и мне впереди ничего не видно.
Дельфина взяла его на руки и усадила к себе на плечо, чтобы ему была видна вся равнина. А Маринетта, все еще немножко обиженная на него, не утерпела и сказала:
— Можешь говорить, что хочешь, петушок, но быть большим все-таки очень удобно.
